ФЭНДОМ


Интервью с Соколовым - Телевизионное интервью телепрограммы "Познер" 3 апреля 2017 года, с участием первого Президента России Валерия Анатольевича Соколова, ставшее крайне популярным и собравшим в момент трансляции рекордное колличество зрителей. Интервью затрагивало личный взгляд вышедшего в отставку с государственной службы и ушедшего с политической арены политика, на происходящие в мире события, а так же его жизненный путь и события его Президентства, и последующей карьеры. Соколов предельно откровенно ответил на все вопросы без различия на то насколько они были провокационны, или жестки. Многие ответы Соколова в данном интервью вызвали у определённой публики восхищение, а у другой возмущение, в частноти ответ Соколова на вопрос о том что бы он сказал представ перед богом, и о исторических персонажей которых он презирает. Интервью стало крайне популярно, и после в интернете оно приобрело ещё большую популярность. Ниже приведёны цитаты и отрывки из интервью.
Познер: Относительно нынешней ситуации на Ближнем востоке, и особенно связи с Катарским дипломатическим кризисом, вы как человек имеющий колоссальный, я не побоюсь этого определения, колоссальный опыт именно в международной политике, как человек на чьих глазах вершилась поздняя Советская история, и как человек вершивший политику начала уже Российской истории. Какими вы видите перспективы развития этого дальнейшего кризиса, с учётом конечно же глобальной войны с международным терроризмом?

Соколов: Ну во первых я обязан здесь вас немного поправить Владимир Владимирович, Советская история часть нашей Российской истории, разделять историю России и Советского Союза бессмысленно по нескольким причинам, во первых Россия является государством правоприемником СССР, во вторых Россия в разных формах, как империя до Октября 17-го года, как республика в составе федерации СССР, и как отдельное демократическое государство сейчас всегда существовала и будет существовать, как и будет существовать Русский народ. Относительно дипломатического кризиса в отношении с Катаром, я сейчас имею мало информации о ходе кризиса, вернее сказать я знаю то же что и вы, так как я уже почти три года не являюсь членом правительства и новой администрации, и не имею доступа к секретной информации. Но из того что я знаю, я могу судить о том что Катар сам загнал себя в могилу своей неосторожной политикой поддержки различных радикальных организаций исламистского толка, стараясь влиять на политику стран соседей. Такого рода политика рано или поздно должна была привести именно к подобному развитию событий. Из того что я опять таки знаю, я думаю что если Катар не сменит политический курс, стоит ожидать крупной войны в этом маленьком государстве, и возможно с участием армий США и России.

Познер: Вы говорите что возможно с участием США и России, не берётесь ли вы утверждать что политика стран Ближнего востока зависит от России и США?

Соколов: Россия и США являются сверхдержавами. Обе наши страны имеют развитую экономику, и свои экономические интересы в этом регионе. Многие страны мира всегда учитывают при проведении своей политики и внутренней и внешней именно политику сверхдержав, Ближневосточные страны не являются исключением. США и Россия главные союзники в борьбе с международным терроризмом. Я как человек которому пришлось столкнуться с волной терроризма в 90-е годы в России, и как человек провозгласивший войну против этого у нас, всегда исходил из того что необходимо для начала перекрыть пути снабжения террористов, а именно прикрыть финансирование этого. Ударить по уязвимому месту. Катар страна очень богатая, и если она поддерживает международный терроризм, я считаю необходимо принять самые жесткие меры для того что бы остановить их. Если для этого потребуется военное вмешательство, это необходимо сделать. В последнее время страны Ближнего востока сформировали крепкий но молодой военный альянс, и я считаю они способны сами справиться с этой проблемой. Но если потребуется помощь России и США, я считаю наши правительства должны её предоставить. Я бы поступил именно так.

Познер: Говоря о том как вы бы поступили, хотелось бы задать ещё один вопрос. На протяжении вашей долгой карьеры, и особенно в годы вашего президентства вы столкнулись с огромным количеством войн на постсоветском пространстве, и ещё с несколькими миротворческими операциями за границей в частности в Югославии. Скажите, в каких условиях вы себя всё же более комфортно чувствовали как руководитель государства, в мирное время, либо же в военное?

Соколов: Сложный вопрос. Моя администрация справлялась как с проблемами мира, так и с проблемами войны. За что спасибо тем кто были со мной во время этого. Что же касается лично меня, я не псих что бы получать удовольствие от войны, и не из тех кто хочет только воевать. Я просто делал своё дело, есть задача надо решать, в независимости от того война это или мир.


Познер: Люди интересуются возможно одним вопросом, как собственно и я. Какой же момент в вашей жизни вы лично считаете поворотным? Можно сказать судьбоносным?

Соколов: (Вздыхает) Вы знаете, будь бы сейчас предвыборная кампания и баллотируясь я в Президенты, я бы наверно сказал что свадьба с моей женой Ритой, либо рождение детей. Что угодно я думаю именно из этого, что бы сделать меня более человечным в глазах избирателей. Но так как мои дети и моя любимая знают меня лучше чем кто либо другой, они слушая меня сейчас здесь, согласятся со мной что на самом деле нет. То что я перечислил скорее из разряда счастливых моментов моей жизни, так как связано с любимыми людьми, с моей семьей. Что же касается поворотного момента... Лично я считаю поворотным моментом моей жизни, как вы сказали судьбоносным только один день в своей жизни. Это 27 октября 1956 года, Венгрия, Будапешт, когда встал вопрос кто я, и что я. Из какого я теста слеплен. Для чего создан, какой выбор сделать. Я мог струсить, мог просто наплевать на всё и спасать свою шкуру предав своих друзей. Я же выбрал иной путь, я выбрал только одно - действовать. От меня зависела жизнь солдат за которых я как сержант и заместитель командира взвода отвечал, и моих друзей. Кто-то должен был взять ответственность на себя, стать лидером. Им стал я. Я просто сжал свои яйца в кулак, буквально дрожа от страха стал идти напролом, и не скажу что я не обмочился при этом.(Улыбается) И я сумел спасти раненных бойцов и остальных из окружения, выведя их из района Будапешта захваченного повстанцами в безопасный район. Я проходя срочную службу на границе Румынии и Венгрии в 33-й дивизии Особой Танковой армии Южной Группы войск изучил немного Венгерский язык чисто на разговорном уровне, это было легко так как я родом из Карелии где было много финнов, это было всё что у меня было. Венгерский, и мои навыки в обращении с оружием. В остальном я просто импровизировал. Это и был поворотный момент моей судьбы.

Познер: Вы говорили дрожа от страха, значит ли это что вы сомневались? Что вы были неуверенны?

Соколов: Именно это я и имел ввиду. Любой нормальный человек боится, в этом нет ничего зазорного бояться, или сомневаться в своих поступках, и в действиях. Как меня обучали в учебке на курсе молодого бойца, ты можешь хоть портки обмочить или обгадить, без разницы, но ты должен выполнить задание. Как я из своего опыта могу судить это полезно.(Смеется) Если страшно, ты пригнёшь голову прячась от пуль, ты предпочтёшь спрятаться в дыре что бы тебя не нашли зная что врагов больше а ты один, тем более если ты с раненным идёшь. Позднее уже в КГБ мне сказали что любой разведчик всегда должен сомневаться в своих действиях, и ставить себя на место врага, как в шахматах, видеть поля его глазами. Что бы уметь предугадать что враг будет делать в следующий момент, что бы быть быстрее.

Познер: Снова возвращаясь к этому вопросу, но забегая вперёд, сомневались ли вы будучи президентом, и позднее в своих решениях, и действиях?

Соколов: Безусловно.

Познер: И вы всё равно продолжали следовать своему курсу?

Соколов: Да, это всё трезвый расчёт и аналитика, много было поворотных моментов в моей жизни, вспомните тот же Путч, или Будённовск, да и тот же Крым. Это было даже сложнее, больше ответственности. Это была не горстка солдат, это была целая нация.

Познер: Но всё же вы считаете самым поворотным моментом своей судьбы, именно тот день в Венгрии, как я понял вас?

Соколов: Именно так, это был момент истины. Для меня так точно.
Познер: Перейдя на более уже зрелые ваши годы, а именно возможно на самую таинственную часть вашей жизни, связанную с работой в Комитете Государственной Безопасности Советского Союза. Хотелось бы задать несколько вопросов.

Соколов: Отвечу на те которые могу, так как многое из того что я делал в рамках своей работы в КГБ я должен вас предупредить Владимир Владимирович по прежнему является секретной информацией.

Познер: Конечно, я понимаю это, потому настаивать не буду. Начну возможно с того вопроса который согласно интернет-опросу Первого канала наиболее всего волнует наших зрителей. А именно что повлияло на то что вы выбрали именно карьеру в КГБ? Что вас к этому подтолкнуло?

Соколов: Однажды мне уже задавала этот вопрос ныне покойная Ориана Фаллачи, царство ей небесное, удивительная была женщина, и неординарная личность надо сказать, с которой беседовать было одно удовольствие. Возвращаясь к вопросу, ответ будет таким же. Мой отец служил ещё в НКВД, а после в СМЕРШ, и в МГБ, дед служил в ОГПУ. Наверно это стало нашей семейной традицией. Но лично что на меня повлияло, наверно опять таки Венгрия и моя служба в ГДР. Я не знал просто как я могу ещё отдать свой долг Родине, которой я дал присягу, как я могу быть полезным. Я по факту полиглот. Переводчик, я считал что их много. Военный, опять таки, их достаточно, и изначально я хотел делать именно карьеру военного, как вы знаете я прошёл курсы обучения младшего офицерского состава после Венгрии, и уже в офицерском звании служил в ГДР до 1960-го года, немецкий я изучал ранее в специальных школах с английским. И как вы знаете ГДР, и Берлин были тем местом где активность вражеских разведок была наиболее сильная, и часто нам приходилось в штабе не сладко и мы участвовали во многих операциях. Так как я был замполитом, я по любому так или иначе был задействован в операциях Третьего управления КГБ СССР, тогда собственно я и начал там работать. По роду деятельности я общался с многими представителями разведки, и они возможно на меня повлияли. Я считал что именно работая в разведке, на передовых рубежах, в стане врага я смогу принести Родине наибольшую пользу. Возможно на это моё убеждение повлиял и великий Советский кинематограф. После этих фильмов про героизм, про героев, истинных борцов. Тех книг что я прочёл, я просто не представлял себе ничего иного. Я не мог бы жить обычной жизнью после этого. Я считаю что Советский кинематограф и литература в высшей степени великие, ведь они вдохновляли меня и миллионы других людей на подвиги. Мы желали сделать хоть что-то полезное для страны. И я тоже. Я считал что это возможность не просто служить своей стране а приносить ей пользу. Дед и отец работали в системе контрразведки. Но если судить даже из моего опыта, единственная правильная стратегия не ловишь шпионов, а засылать своих, а в отличие от моего отца у меня был талант к языкам, и считал это опаснее и интереснее, ну и полезность этого сомнений не вызывает.

Познер: Говоря о том что вы работали в Третьем управлении КГБ СССР, которое отвечало за моральное состояние кадров в Советской армии, будучи Замполитом. В 90-е годы, и сейчас некоторые считают что вы писали доносы на сослуживцев и на вышестоящие начальство. Советская система как известно держалась на этом, и многие люди грешили, хотелось бы узнать, я не хочу оскорбить вас, так как многие кто с вами работал даже ваши противники считают вас честным и порядочным человеком, но система была сильнее одного человека. Выполняли ли вы такие поручения будучи винтиком системы?

Соколов: Мне часто задавали этот вопрос, даже моя жена и дети, и более того мой лучший друг, и мой соратник с которым я служил Толя. Приведу вам такой пример, с той службы. Я тесно общался с человеком который выкупал через пару жителей Восточного Берлина в Западном секторе модное женское белье, и после вернулся в Союз, и одел своих дочерей и жену во французские лифчики, как и их подружек. Одним из моих лучших друзей был очень верующий человек из Белоруссии Малевич, он католик, и частенько молился на латыни, и более того носил с собой католическую икону. Особо сильные гонения на православие только начинались, но если человек католик, и тем более в ГДР, это означало что должно быть к нему повышенное внимание. Один молодой солдат Трофимов, курьер, относился ко мне чуть ли не как к отцу, потому что у самого отца не было, и я в качестве младшего офицера, всегда ему помогал, но за пределами части он посещал Свинговую вечеринку недалеко от Александр-платц, где было много людей с Западного Берлина, и все знали что такие вечеринки это созыв проституток всего города, по сути он ходил в бордель. А теперь спросите меня, эти люди получили хоть одно взыскание общаясь со мной настолько тесно что я знал о таких серьёзных нарушениях социалистической морали?

Познер: Я так понимаю нет?

Соколов: Именно. Я не доносил на честных людей, и никогда не использовал людей в карьерном росте. Я докладывал лишь о случаях когда пахло шпионажем, и незаконной продажей армейского вещевого имущества, а такое было.

Познер: И в таких случаях вы докладывали?

Соколов: Конечно, было несколько случаев, и мне пришлось доложить об этом.

Познер: А не сомневались ли вы в том что эти люди возможно были невиновны?

Соколов: Нет, так как после того как дело раскрутили, выяснились подробности по хуже чем то о чём я точно знал.

Пазнер: А у вас никогда не появлялись сомнения, что может быть улики которые говорили о причастности этих людей к этому, были сфабрикованы?

Соколов: Да были такие сомнения, и позднее когда я стал зампредом КГБ, я решил в нарушение процедур поднять старые бумаги. Даже нашёл одного из них, который к тому моменту отсидел уже срок за шпионаж. И расспросил. Сомнения тут же развеялись, потому что я не первый год работал, и понимал что во первых фабриковать эти дела было бы глупой тратой ресурса спецслужб, так как эти люди ничего из себя не представляли, во вторых хотели бы сфабриковать, не стали бы действовать через меня. Такие операции просчитываются на три хода вперёд.

Познер: А не было ли ситуации когда вы случайно из-за неопытности донесли не на того человека?

Соколов: К счастью нет, чем горжусь. Хотя были у меня вышестоящие начальники которые хотели что бы я стучал на всех. Хоть я и был правоверным коммунистом, но я не доносил на тех кого знал и в чём я их улучил потому что их преданность стране не подвергалась сомнениям. Я считал что ребята ошибаются, вел воспитательный процесс, и считал что это само собой пройдёт. Напрасно ломать жизни людям глупо, и Ленин говорил о другом, что нужно учить, так я судил как отличник боевой и политической подготовки.

Познер: Говоря уже о вашей дальнейшей службе в КГБ, известно что вы изначально обучались для работы в западных странах, но потом неожиданно перешли на Восточное направление, и стали изучать Японский и Китайский. С чем был связан такой поворот?

Соколов: Я знал больше других, и имел удачных знакомых. Моего отца знали как Юрий Андропов который работал с ним в Карелии, как и тогдашний начальник Высшей Школы КГБ Евгений Питовранов под началом которого мой отец работал в Четвёртом секретно-политическом управлении созданном для борьбы с националистами в различных республиках. Андропов после Венгрии стал переписываться со мной так как помнил моего отца, и справляться у врачей через телеграммы о моём самочувствии после ранения. Он уже был тогда заведующим отделом ЦК КПСС по связям с Социалистическими и Рабочими партиями. По сути курируя нашу внешнюю политику в дружественных социалистических странах, и более того это была партийная разведка связанная с КГБ, что в последующем сыграло роль в назначении Андропова именно председателем КГБ. В те годы очень сильно обозначился Советско-Китайский раскол, и Мао Цзэдун желал оспорить наше лидерство в социалистическом блоке. Тогда в начале 60-х очень часто туда ездили два человека это Андропов, и Питовранов, которые были в курсе направления политики КНР и Коммунистической Партии Китая, и учитывая тот подарок который Сталин предоставил нам в виде закрытия наших резидентур в Китае после победы Мао в Гражданской войне, и связанной с этим необходимостью их восстановить, они стали вести работу в КГБ по выпуску специалистов способных работать там. Я по результатам обучения был в тройке лучших, и я много раз общался с Питоврановым и Андроповым, можно сказать что они меня убедили в том что это направление будет очень важным вскоре, и они не ошиблись. Многие однако и руководство СССР тогдашнее считало что главный враг это Америка, и многие кто учился со мной считали что это направление более перспективно. Кроме этого началась война во Вьетнаме, была опасность войны в Корее новой войны. Плюс то что Япония была базой для США и их вооружённых сил. Это и сыграло роль. Я стал изучать китайский и японский. Учитывая что мой первый начальник резидент разведки в Пекине Юрий Дроздов, потом стал главой нелегальной разведки, и многие мои знакомые потом сделали карьеру в КГБ, в то время как американисты и западники как мы промеж себя их называли на курсе выше простых замов не поднялись даже в резидентурах. Так что в моей карьере поворот на восток сыграл не малую роль.

Познер: Вопрос относительно вашей службы в Китае. Вы оказались там во время серьезнейшего похолодания отношений между СССР и Китаем который возглавлял Мао Цзэдун, и где гремела культурная революция. Вы наблюдали всё это можно сказать из первых рядов. И кроме того известно что именно в это время вы стали постоянно расти в звании и в должности, о чём вы упомянули только что. Вообще ваш карьерный рост как заметили многие исследователи вашей жизни, во многом связан с вашим Китайским периодом, как и рост других как вы верно заметили, и вашего первого начальника в Китае по линии КГБ. Могли ли бы вы рассказать об этом периоде, более подробно?

Соколов: Увы вынужден повториться, мой личный опыт и моя работа там как и в отношении остального является по прежнему секретной информацией. Скажу что это был один из самых сложных периодов моей жизни, и в жизни моей семьи. Я могу лишь рассказать о своих впечатлениях о культурной революции в Китае, и выводы которые до меня делали многие другие включая и Владимира Лукина моего посла в США в первые годы президентства. Но об этом есть уже много воспоминаний и есть в моей книге, где я описал увиденное, так что я думаю говорить это вновь просто бессмысленно, так как об этом уже много раз говорилось ранее. И более того рассказ об этом отнимет много времени у вас, которое можно потратить на другие вопросы.

Познер: Тут вы правы. Говоря о начале перестройки в Советском Союзе, вы как человек который позиционировал себя как приверженец идей демократии, и противник тоталитаризма. Когда вы пришли к осознанию этого, и почему вы на тот момент Генерал-полковник КГБ и заместитель Председателя КГБ пошли против курса тогдашнего Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачёва когда весь мир считал его реформатором? В своём интервью одному американскому журналу вышедший на свободу недавно Горбачёв и люди которые с ним начинали перестройку говорят о том что основной вашей мотивацией для той знаменитой речи на первом Съезде Народных Депутатов вместе с докладом вашей комиссии по расследованию событий в Тбилисси, как и переход в оппозицию был обусловлен вашей обидой из-за того что вы так и не стали членом Политбюро и не стали Председателем КГБ. Что всё таки вас мотивировало на такую можно сказать разгромную критику, ставшую по сути пророчесткой? Это было вашей обидой на руководство страны, или всё же вы как человек имевший доступ к информации и знавший больше чем простой народ и рядовые члены партии, видели что Перестройки нет?

Соколов: (Смеётся) Вы знаете меня за мою жизнь не в первый раз обвиняют в чрезмерных амбициях и зависти, которыми я покрываю свой комплекс неполноценности которых у меня нет. Вынужден разочаровать Михаила Сергеевича, но нет, ему я никогда не завидовал, и обиды у меня не было. Мне было противно работать на него и на людей его круга, во многом потому что они были некомпетентны по целому ряду важнейших вопросах, и в особенности в экономических и политических. На мои действия тогда повлияло наверно больше всего то что власть использовала нашу армию, армию на которую я потратил в отличие от других солдат даже не три а почти пять своих лучших лет, армию из которой я вышел офицером, использовали для разгона народных демонстраций. Повторилась ситуация с Новочеркасском. Тогда генерал Матвей Шапошников, которого я в 1992 году наградил Званием Героя России за №1 за то что он не открыл огонь по демонстрантам и не запятнал честь нашей армии. Меня воспитывали офицеры прошедшие Великую Отечественную войну, они повлияли на меня как на личность, сформировали мои убеждения. Я не стал продолжать военную карьеру так как был увлечён всей этой шпиономанией грубо говоря. Но я всегда помнил их, людей прошедших горнило войны, и то как они отстаивали свою честь, и особенно всегда вспоминали присягу, где сказано что свой народ надо защищать, а не расстреливать. Армию которую я любил, в которой я служил, снова стали использовать в преступных целях. И более того приказ был устным, и исходил от Лигачёва, когда Горбачёв был в Британии. Он не имел права отдавать такой приказ без санкции Горбачёва. А Разумовский и Шеварднадзе не поехали в Тбилисси решать вопросы, я не за долго до Съезда входил в качестве советника в группу которая должна была обеспечить сохранение порядка и безопасность высших должностных лиц, это есть в документах той комиссии. А не поехали сославшись на свои проблемы. Тогда я по настоящему понял кто у власти, какой там бардак, что эти люди готовы продать чуть ли не свою душу, лишь бы у власти остаться. То как поступили с Армией было отвратительно, в высшей степени отвратительно для меня как офицера. Вот это на меня тогда и повлияло, я ни с кем не говорил об этом, даже со своей женой, я мог говорить только сам с собой. Друзья бы не поняли, а Толя бы сказал что я дурак, и что меня сметут. Рита бы надавила бы на меня намекая на то что будут проблемы и давление на нашу семью и на наших детей, что собственно и было потом. Я не стал ни с кем это обсуждать, и я тогда принял решения, дойти до сути, вырыть правду даже если они уничтожат всё документы связанные с этим, и показать всем всему народу и миру кто там это решил! Я принял решение во многом из-за обиды за то как поступили с моей армией, про которую у меня самые яркие и лучшие воспоминания, армию которая сделала меня человеком.

Познер: Но ведь до этого, Коммунисты проводили политику против диссидентов, некоторых как Солженицына высылали из страны, других как Сахарова с которым вы были у истоков создания Межригиональной Депутатской группы, ссылали в закрытые города. Вы ведь знали об этом, но при этом говорите что именно подавление при помощи Армии демонстрации в Тбилисси на вас повлиял?

Соколов: Любая революция не случается спонтанно. Этому предшествует длительный период накопления недовольства. Есть много примеров. Моя революция личная, тоже очень долго зрела. До того как я вошел в руководство КГБ, я работал исключительно по линии Первого главного управления, по сути я был разведчиком. Диссиденты были в полной компетенции Пятого управления, политического, я с ними пересекался только в одном случае, подробности рассказывать увы не имею права, но от пересечения с ними могу сказать у меня были те ещё впечатления на всю последующую жизнь, и не сказать что приятные. Но когда я стал заместителем Чебрикова, то да, я много чего узнал. И меня это тогда ещё начинало если не возмущать, то вызывать сомнения в верности подобной политики. Раньше всё то что я слышал, я сводил к одному к войне, что идёт война. Потом же стал смотреть глубже. Постепенно у меня складывалось своё, независимое мнение, так как я уже был сформированной личностью, я знал много, и много сделал сам, был знаком с Андроповым, который мне много чего рассказал, и Тбилисси было последней каплей, именно из-за того что Армию повели на народ который она обязана защищать. Я не делал различия между грузинами и русскими тогда, для меня погибшие были Советскими людьми, Советским народом. Не случайно я возглавлял комиссию по расследованию, Горбачёв знал меня, и знал что я не тот который будет скрывать правду. Но он и кстати покойный Яковлев тоже который должен был возглавить комиссию изначально, сразу предупредили меня что необходимо что бы моя работа в комиссии и моё расследование сняло тень с КПСС, и об этом говорил Крючков. То есть по сути они меня призывали свести всё к тому что это Родионов развёл самодеятельность, а Крючков так и вовсе что солдат спровоцировали. Интересно отметить что они сразу же поспешили уволить Родионова который всем командовал из армии. Они боялись что я очень глубоко копну, и что я буду непослушен, и потому оказывали ещё тогда давление на меня, доходило и до угроз. Но чем больше на меня давили, тем сильнее я желал продолжать. После начались уже мягкие репрессии в виде санкций, того что меня проверяла милиция и ОБХСС, давление на мою семью. После комиссии дело дошло до того, что меня сняли с учёта номенклатуры и прочего, лишив привилегий чего кстати не было и в отношении тогда уже оппозиционного Ельцина. А в печати стали раскрывать о моей деятельности в КГБ, и тогда впервые задели факт того что я будучи замполитом был стукачом КГБ, о чем мы с вами говорили. Радикальные демократы так же ухватились за это, и многие даже Старовойтова со мной тогда перестали знакомиться при встрече. Вообщем сравняли меня с дерьмом, и едва не лишили меня депутатского удостоверения, так как и в моём избирательном округе через местные комитеты партии раздували среди избирателей всякие разные слухи, и собирали подписи. Мне пришлось постоянно говорить с людьми там и постоянно слушать оскорбления. Из-за этого я боясь что в последствии меня таки уберут, и более того что я больше не смогу вести борьбу против этого, я стал более осмотрительным. В то время надо сказать они одержали над мной победу. К счастью не на долго.

Познер: Вы во время данного периода жизни говорили о давлении со стороны КГБ, как и сейчас упомянули об этом. Скажите, насколько оно было сильно?

Соколов: Достаточно для того что бы мои дети с моей женой ненавидели меня, и что бы старые знакомые, коллеги, ученики, учителя, и друзья попросту перестали со мной общаться. Даже отец мой который был Сталинистом не общался со мной. Они всё использовали, и травлю моих детей в школе, и выселение из квартиры, всё. Дошло до того что я на метро добирался до Верховного Совета. Риту вообще сначала уволили, а после не брали на работу. И что бы ещё больше её унизить, чуть ли не в официальном порядке вручили справку о том что она на иждивении у меня, так как я единственный работал в то время. Она как женщина всего добившаяся сама, по характеру не будучи даже домохозяйкой, этот жест восприняла как оскорбление, и ей было больно. Так что да, давление было сильно. Они ждали что я или отступлю, или сорвусь дам им возможность нарыть компромат.

Познер: Но вы не отступили?

Соколов: Да. Мой отец который считал меня предателем Родины к концу своей жизни, мне однажды сказал - Убежишь один раз, будешь бежать всю жизнь! Я никогда не бежал от ответственности. Это не мой стиль. А в Армии и в КГБ меня научили только одному - либо ты сражаешься, либо умираешь и с тобой гибнут те за которых ты несёшь ответственность. С моей точки зрения, как бывшего солдата, и более того офицера я пошёл в оппозицию власти потому что для меня Армия не была такой какой её стали видеть после Тбилисси, и КГБ не был таким каким его видели из-за политики против диссидентов. Я хотел показать всем что не все такие. Знал бы к чему это меня приведёт, я бы всё равно поступил бы так же. Это был мой долг.
Познер: Говоря о вашей работе в Съезде Народных Депутатов, хотелось бы знать, вы понимали что вы по сути работая вместе с Сахаровым, отвечая за связи с общественностью, и главное собирая круг внутри Межрегиональной Депутатской Группы вы таким образом создаёте будущую политическую элиту не только России но и других стран бывшего СССР?

Соколов: Ну собственно говоря моя работа там именно к этому и сводилась, я с самого начала понимал что если не сместить Горбачёва и тем более, если не сменить политическую власть, ничего хорошего не будет, страна уже находилась на грани развала. Ну а если убрать КПСС и этих жирных котов, то нужна замена. Этим я и занимался, я выискивал в своём новом кругу тех кто мог бы занять места в новом правительстве. Именно я заприметил ещё тогда Алексея Казанника, Геннадия Бурбулиса, Галину Старовойтову, Юрия Афанасьева, Дмитрия Волкогонова, Юрия Рыжова, Виктора Черномырдина, и прочих в будущем очень высокопоставленных деятелей новой России.

Познер: Вы упомянули сейчас Галину Старовойтову, и Юрия Рыжова, которые в будущем стали крайне мощными политическими фигурами, и главное оппозиционерами. Старовойтова была вначале вашим Вице-президентом, она была первой таковой не просто женщиной в этой должности, но и первой в истории России. После она ушла в отставку, и создала партию которая теперь известна в России как Правое дело, от которого три года назад был избран Президент Михаил Прохоров. Ныне покойный Юрий Рыжов, был вначале Премьер-министром России, последним в её истории, после послом России во Франции, имевшим огромное влияние, после начала Чеченской войны выступал против вашего курса, а после был вами отправлен в отставку из-за протеста против Крымской военной кампании. Оба этих политика стали мощными фигурами среди оппозиции, именно демократической оппозиции. Не считаете ли вы что подпускать их так близко к себе в то время было ошибкой?

Соколов: Во первых надо начать с того что и Старовойтова, и Рыжов оба отличные люди, и они превосходно справлялись со своими должностными обязанностями. Рыжов сыграл огромную роль в начале реформ, будучи моим Премьером. Старовойтова создала огромное количество законов по которым мы живём и сейчас. Они честно выполняли свой долг. Во вторых их отставки действительно принесли моей администрации огромный вред, и мне было сложно справиться с этим. Но как говориться не все союзы вечны. Мне было жаль их терять, но увы, тут ничего не сделаешь. Так что нет я не считаю их выдвижение ошибкой, так как во первых я не знал, и не мог знать что будет в будущем, что будут созданы прецеденты и ситуации, где у меня и у них будет разные мнения, что приведёт к конфликтам, во вторых они были хорошими специалистами, и как я были сторонниками коренных реформ в обществе, не использовать их тогда, как союзников для меня было бы ещё большей ошибкой чем если бы я вдруг обрёл дар предсказания и увидел бы будущее. Так что нет, я не считаю их выдвижение, как и забегая вперёд, я знаю что вы зададите мне этот вопрос, не считаю ошибкой выдвижение и продвижение Егора Гайдара.

Познер: Всё таки какой-то дар предсказания у вас есть Валерий Анатольевич, я действительно собирался задать этот вопрос после того как вы ответите на вопрос о Старовойтовой и Рыжове. И всё же, хоть вы как говорите и не считаете своей ошибкой выдвижение Гайдара, как я предполагаю из-за чисто профессиональных причин, но как вы к нему относитесь как к человеку?

Соколов: Ну во первых вы правильно заметили что я не считаю его выдвижение ошибкой чисто из профессиональных причин, а именно он был отличным специалистом, которого терять было во время реформ смерти подобно. Ну а во вторых, на самом деле моё отношение к нему не самое лучшее, это связано с Чечней. Подобные действия, такие как его, во время такого крупного кризиса нельзя трактовать иначе как измена Родины. Мне как отцу двух сыновей которые там воевали все его заявления, как заявления Ковалёва и остальных связи с Чеченским кризисом, просто отвратительны. Я не могу сказать иначе. Он экономист, но не политик. Я считаю что если не знаешь броду не лезь в воду. Они лезли, и течение истории их попросту смыло. Не я как думают некоторые, а именно история. если я могу ещё простить людям их политические ошибки, история же их не прощает.

Познер: Спасибо за вашу откровенность, я считаю мало таких политиков как вы может себе её позволить.

Соколов: Мне лишь нужно высказаться.

Познер: В таком случае перейдём к более насущному, а именно ваш взгляд на роль женщин в политике России. Я не случайно ранее задал вам вопрос о Старовойтовой, так как вы по мимо всего прочего запомнились нашему народу тем что в первые и вторые выборы вашим кандидатом в Вице-президенты была Галина Васильевна Старовойтова. Она стала первым Вице-президентом России, и более того женщиной. В последующем как история нам показала никто из наших женщин не повторили её успеха. На ваш взгляд как человека с уникальным опытом в политике, какие перспективы того что в будущем возможно в России будет женщина президент?

Соколов: (Смеется) Я полагаю этот вопрос взят прямиком из интернет ресурса Первого канала?

Познер: Вы угадали.

Соколов: На самом деле я не телепат, не бойтесь(Смеются). Это обычная аналитика, недавно в Америке в результате импичмента президента Кларка, президентом стала Кэтлин Сибелиус, ставшая первым президентом Америки женщиной, а недавно она была уже избрана народом. А ещё раньше, президентом Франции стала Сеголен Руаяль, тоже первая в истории Франция женщина президент. И вот наших людей и в особенности женщин интересует собственно вопрос, когда же уже у нас. И ясное дело на вашем интернет опросе именно этот вопрос имеет популярность, при подготовки интервью со мной, ведь именно со мной в паре Вице-президентом России, при том первым стала женщина. Так что вопрос надо сказать бьет в точку, учитывая мой опыт. Тогда выбирая себе кандидата в Вице-президенты я исходил из того что женщин очень волновали их права в Советском обществе, и было выгодно использовать женщину в той схеме. Единственный вопрос кого. Старовойтова была наиболее сильной из всех кандидатов на эту роль. Она была умна, начитана, имела опыт в политике. Одно дело когда ты выбираешь ширму, другое когда ты хочешь сформировать правительство которое работает, так что надо совмещать. Я совместил, и Старовойтова отлично работала на своей должности. Меня как государственного деятеля всегда волновали вопросы связанные с ролью женщин в обществе. Советская власть дала импульс этому, и процесс пошёл в необходимом направлении уже после. Не забывайте что введя в армии контрактную систему я сразу обозначил что женщины тоже могут вступать в армию, и в короткий срок очень много женщин записалось в армию. Кроме того даже в моём правительстве и в последующем много женщин вошло в нашу администрацию, включая и Оксану Дмитриеву, которая сейчас занимает видный пост в администрации Прохорова. Сейчас многие женщины участвуют в общественной и политической жизни России. И моё мнение в скором времени и наша страна получит первую женщину Президента, но это будет трудно так как наше общество не смотря на все реформы по прежнему патриархально по своей сути, но начало положено.
Познер: Вы Валерий Анатольевич после вашей отставки, и ухода из политики стали преподавателем истории, и занимаетесь публицистикой, вы выпустили множество книг на историческую тематику, которые используют при изучении истории. Хотелось бы спросить, какой исторический персонаж вызывает у вас восхищение?

Соколов: Из наших Русских, безусловно Петр Великий. Он сделал очень много, за такой короткий промежуток времени что это не снилось ни одному Европейскому государству. И даже Америке. Фундаментальные реформы практически во всех сферах жизни, настоящий скачок развития. Невозможно не восхищаться такой личностью.

Познер: Интересно отметить что как тогда большая часть общества была против реформ, так и когда вы пришли ко власти многие были против. И многие сейчас сравнивают ваши реформы по размаху и по последствиям с Петровскими. Как вы относитесь к такому сравнению?

Соколов: Ну сравнение не совсем уместно, до меня была создана промышленность, создана система и армия. Петр Первый же всё создавал с нуля. Как и флот, у меня же флот был. Единственное чего не было в нашей стране парламента, и той структуры которую можно было назвать западной политической системой, и не было законов которые бы создали условия для функционирования рыночной экономки, и самое главное самой рыночной экономики. Это то что я создал, Петр Великий создал в разы больше, и дал такой импульс нашей стране который остановился лишь ближе к началу 20-го века, а именно если быть точным, время после отмены крепостного права, тогда наше развитие застопорилось по всем направлениям. Если раньше на запад ориентировались, то при Александре Первом усиленно насаждали традиционность, и прочее. Мы стали отставать. Плюс огромная безграмотность населения, то что крестьян освободили без земли, и другие причины и привели к Гражданской войне, не большевики, а именно это. Большевики и Ленин с Троцким попросту первые начали на курок, на их месте могли оказаться кто угодно, в большей степени ЭСЕРы, и в меньшей Кадеты, но всё было заложено заранее, самим историческим развитием России.

Познер: Говоря о царской России, и о том как вы утверждаете что корни гражданской войны, и классовой борьбы были заложены намного раньше. Мне интересно ваше мнение как историка, был ли шанс предотвратить ту катастрофу?

Соколов: Разумеется! Его не могло не быть. В моём понимании тогдашнего исторического процесса, этот шанс ассоциируется в первую очередь с Сергеем Юльевичем Витте. Человеком который предотвратил гражданскую войну в 1905 году, и дал нам первую хоть и урезанную конституцию. Он же стал дедушкой нашей индустриализации. Хотя в будущем государь Николай Второй спустил всё это в утиль. Проведя бы тогда грамотные реформы и отодвинув бы Царя на пьедестал английской королевы, и передав всю полноту власти именно Витте, можно только представить в какой стране мы бы жили сейчас. Но опять же было бы много проблем такие как безграмотность большей части населения, и прочее. Справился бы Витте с ними? Смог бы до начала Первой Мировой войны устранить те проблемы которые привели к социальному взрыву, война как вы знаете была последней каплей, вместе с войной существовало ещё множество проблем. А мифы созданные Сванидзе о том что Россия могла избежать участие в войне являются лишь мифами, потому что довольно таки идиотское сравнивание участия Японии в войне на стороне Антанты но не вступая в активные боевые действия, или будучи нейтральной как Голландия невозможны уже по причине общей границы Германской империи и Российской. То есть участие в войне против Германии было бы не предотвратить даже если бы правил Россией такой мудрый политик как Витте, и мы бы эту войну пережили всё равно. Единственный вопрос остаётся прежним, смог бы он справиться со всеми теми проблемами на которые сплюсовалась война, или нет? Либо к началу войны он был бы отодвинут новыми политическими силами? Ответ на этот, и другие вопросы мы увы уже не узнаем никогда.

Познер: Говоря сейчас об этом историческом шансе для России, я не мог не заметить что вы уж с особой ненавистью произносили имя тогдашнего Императора России Николая Второго. Как собственно и ваши ранние заявления о нём были не совсем лестные. Является ли он самым можно сказать отвратительным для вас историческим персонажем?

Соколов: Среди наших людей, определённо да черт побери. Для меня он самый ненавистный я не побоюсь этого слова персонаж в нашей отечественной истории. Тупой, высокомерный, и от этого ещё в двойне ничтожный. Честно с годами даже после того как мы избавились от Советского агитпропа, я проникся ещё большей ненавистью к Николаю Второму как к личности и как к государственному деятелю. Такой слабый, нерешительный, но при этом считающий себя правым во всём, и помазанным господом на царствование, абсолютно необразованный учитывая его любовь к мистицизму. Он не мог править, он не должен был править. Я считаю его главным виновником того что наша страна в итоге таки скатилась в братоубийственную войну, и потеряла без малого 10 лет развития. И то что сделали с ним Большевики в Свердловске я считаю было правильно, это бала справедливая расплата за то что он сделал со своим народом.

Познер: Многие люди правда не согласятся с вашей оценкой.

Соколов: Знаете в этом случае можно вспомнить формулу Сталина которую он любил повторять - Не согласен - критикуй. Критикуешь - предлагай. Предлагаешь - делай. Делаешь - отвечай. И тут на самом деле не возможно не согласиться. Мой учитель и можно сказать второй отец Юрий Владимирович Андропов часто любил повторять эти слова. Лишь не задолго до смерти я его спросил откуда эта фраза, и я узнал кто её сказал. Так вот если там какие-то Сванидзе и Мультатули не согласны с моей оценкой, пусть раскритикуют именно с научных позиций, а дальше пусть предлагают. Если они докажут мне что я не прав в своей оценке, я первый откажусь от неё. Но к сожалению для них я уже написал несколько статей опровергающие их тезисы с позиций даже обычного экономического анализа. Наука вещь очень опасная.

Познер: Ну чтож, перейдём тогда к другим вопросам. Я заметил что вы сказали из наших в обоих случаях, хотелось бы задать вопрос тогда уже о том кем из иностранных политических деятелей вы восхищаетесь? Ну и кто у вас вызывает наибольшую антипатию?

Соколов: Не удивляйтесь они оба одной нации, а именно немцы. Кем восхищаюсь? Отто фон Бисмарк. Воистину великий человек, политик, и дипломат. Он сумел объединить Германию, обеспечить себе помощь из-за границы во время Франко-Прусской войны, и победить Францию. Более того именно он обусловил тогдашнее экономическое чудо Германии. В короткий срок германские банки стали конкурировать с британскими, и Германия стала способна вести колониальную политику. Скачок невероятный. Из тех кого больше всех ненавижу из иностранных исторических персонажей, из того что я сказал что оба немцы, ответ я думаю напрашивается сам собой.

Познер: Гитлер?

Соколов: Именно. Этот человек был самим злом. Его первоначальная экономическая политика была более чем отличная, не даром Германия сумела так долго продержаться. Уровень жизни в Германии постоянно рос. Но тем не менее он решил использовать это для достижения своих личных фанатичных целей, а именно завоевание мира и уничтожения целых народов.

Познер: Говоря о Гитлере, ваши политические оппоненты часто сравнивали вас с Гитлером как в России, так и за границей. Вас я так думаю это оскорбляет?

Соколов: Во первых снова вынужден вас поправить Владимир Владимирович у меня нет оппонентов, у меня есть только враги. А во вторых да, и очень. Моя семья пережила войну. Я рос в оккупационной зоне. Кстати оккупантами моего города были Финны, которыми командовал хвалёный некоторыми нашими кругами кавалер всех русских орденов русский генерал Маннергейм, и я своими глазами видел зверства что они устраивали. Вообще история очень удивительная. Российская империя со своим государственным антисемитизмом, и своим Черносотенством очень многое передало Национал-Социалистам Гитлера, особенно через Альфреда Розенберга, который родился в Прибалтике. Маннергейм был откровенным нацистом и позволял своим войскам такие зверства. Вообще я пришел к выводу что Российская империя в конце своего существования была не больше не меньше как Архенацистским государством. Эти погромы, черта оседлости, это все признаки нацизма. Как по мне восхвалять царскую Россию начала 20-го века и говорить что там жилось лучше чем в СССР я думаю может только человек не знающий историю, или человек с отклонением в умственном развитии.
Познер: Говоря о антисемитизме о котором вы упомянули. Как вы вообще относитесь к этому явлению?

Соколов: Известно как, отрицательно. Это на мой взгляд тупые предрассудки недалеких умов. В Царской России особенно это было на государственном уровне, об этом пишет и Витте. Всё потому что экономика России была слабая и нежизнеспособная, и очередная экономическая неурядица приводила к погромам, потому что вовремя запускалось в народ что это Евреи виноваты, это они воруют, это они выживают соки из всей России, они пьют кровь. Плюс играла свою роль ксенофобия свойственная любому народу, Евреи в чертах оседлости сохраняли свою индентичность, национальную индентичность. Почти как коренные американцы в США в резервациях. В их случае это перья в волосах и подобное, у Евреев пейсы и тоже многие отличительные черты. Недалекие люди не могли терпеть тех кто не похож на них, и те кто богаче. Евреи будучи по сути гонимыми из покон веков всегда держались за друг друга, помогали друг другу. Что бы описать их национальный характер и наш можно вспомнить анекдот который мне рассказал кстати говоря Юрий Владимирович Андропов. Анекдот такой два еврея в пивной говорят, один другого спрашивает - Мойша, у тебя машина есть? Да говорит Мойша, и у меня есть отвечает он, а вот у Йоси нет, давай мы с тобой скинемся, купим ему машину, он потом если что нам поможет тоже, отработает как-то. Ударили по рукам и готово, вопрос решен. Сидят в той же пивной двое русских, один другого спрашивает - Кум у тебя есть машина? Тот говорит нет, и тот что спросил тоже отвечает что нет, и добавляет мол а у Васи есть, давай ему колеса проколим, ударили по рукам, дело в шляпе. Я считаю именно вот этой солидарности, братству можно сказать, нам стоит поучиться у еврейского народа. Я никогда не понимал этого антисемитизма. В моём классе учились два еврея, брат и сестра, их часто били, только потому что родители сказали потому что жидов надо бить, я единственный заступался за них, а учитывая что я имел тогда репутацию хулигана, то если я появлялся рядом с ними никто их не трогал. Мой отец был Сталинистом, и сейчас это модно говорить что мол все Сталинисты антисемиты, во время моей предвыборной кампании часто козыряли моим отцом мол он был сталинцем и ненавидел Евреев, но я его знал, и он мне и вбил в голову этот интернационализм, который к сожалению Советская власть не вбила большинству в голову. И кстати говоря мой отец ушёл из органов именно во время дела врачей, по принципиальным соображениям, он считал этот антисемитизм что начали накручивать во время этого ущербным. Не то что бы тогда соблюдали права человека и гражданина, просто с его точки зрения это было антипрофессионально подвергать гонениям целый народ, учитывая что СССР был первой страной в которой была создана еврейская автономия с правом изучения на государственной основе Еврейского языка, и что именно СССР создал Израиль, я сейчас как историк занимаюсь этим вопросом совместно с видными нашими и Израильскими историками. С точки зрения моего отца, это было антипрофессионально, но как мне кажется и аморально учитывая что он после войны занимался преступлениями нацистов на нашей территории, а вы знаете кого Гитлер ненавидел больше всего. Вслух он этого никогда не говорил, но всё же я думаю это наверно единственная ошибка Сталина которую он считал непростительной. Вопрос старта мощнейшей антисемитской кампании в последние годы жизни Сталина а именно дела врачей на самом деле очень сложный, я имел доступ к архивам, и имею сейчас, и по правде говоря у меня так и не сложилось окончательного мнения насчёт того что это было. Вы уж извините что я много говорю, я привык за много лет говорит речами, Владимир Владимирович, вообщем как вы могли понять я считаю антисемитизм просто настоящей болезнью и предрассудками недалёких умов чем пользуются политические спекулянты и оппортунисты.

Познер: Ну вам Валерий Анатольевич простительны долгие речи, ведь не каждый день можно услышать особое мнение можно сказать особого человека.

Соколов: Тут есть одно но, я не считаю что моя задница чем-то особенная, и что её обязательно нужно всем слушать, только потому что я был Президентом, или потому что я имею звание доктора. Я считаю себя свободным и обычным человеком, который просто имеет своё мнение, и не боится его высказывать. Сейчас тем более, потому что сейчас моя ответственность заканчивается там где политикой и международными связями и не пахнет даже близко.

Познер: Буду иметь ввиду. Кстати раз уж тема зашла про вашего отца. Вы сказали что он был Сталинистом, но при этом не был антисемитом. При вашем правлении были опубликованы его личные воспоминания, о войне, названной - Забытый фронт. Где он перечислил свой опыт службы во время войны не где-то а в войсках НКВД, в знаменитых заградотрядах, и после в СМЕРШе. Последняя книга была про депортацию Чеченцев и Крымских татар. Воспоминания вызвали тогда бурное обсуждение, как и то что ваш отец оправдывал можно сказать драконовские решения Сталина относительно депортации целых народов. Вы об этом много говорили, и приводили в сравнение аналогичную политику США во время Второй мировой войны в отношении Японцев живущих в США, и надо сказать ваша критика трактовки тех событий была крайне разгромна в отношении ваших противников, и противников вашего отца. Ваше мнение по этому вопросу известно, это может найти любой человек в интернете. Я думаю зрителям было бы интереснее услышать как вы относитесь к своему отцу, всё же вы старательно избегали этих вопросов ранее, из-за того что это ваше личное дело. И всё же, даже я хотел бы знать, что он был за человек?

Соколов:(Вздыхает) Знаете я правда избегал обсуждения темы о своём отце, всё же у нас с ним были можно сказать очень непростые отношения. Мой отец как и я был человеком с независимым характером, очень сильным лидером, именно лидером, а не деспотом. Он умел слушать, но оставлял за собой право не соглашаться с чьим-то мнением, или открыто говорить что он думает о человеке который излагает свою точку зрения. Это касалось и меня. Можно сказать что он меня любил как сына, и я его как отца, но у нас было соперничество, кто лучше, кто умнее, кто прав. Я думаю так это можно описать. Мой отец не смотря на ту ложь что говорили о нём и о других таких же как он военнослужащих из заградотрядов что они убивали наших солдат, на самом деле был настоящим фронтовиком. Ведь войска НКВД защищали передовые позиции во время блокады Ленинграда, можете поднять архивы и выяснить что начиная с сентября 1941 года и заканчивая августом 1942 года он воевал на передовой в частях НКВД. Был ранен, и после госпиталя зачислен в новую службу СМЕРШ. У меня на руках есть правда дома три его рапорта о переводе на фронт, и три отказа. Вообще мой отце во время депортации столкнулся с тем что наши военные и мои сыновья в 90-е в Чечне. Действительно много было абвер-команд, и противников Советской власти с оружием. И он натурально выживал и вел контрпартизанские операции. После войны искал нацистских прихвостней, которые помогали им в их преступлениях. Я всегда относился к нему с уважением, как и он ко мне. Помню один раз я подрался так что меня порезали ножом. Он мне после того как я выздоровел конечно всыпал под первое число, но потом в разговоре со мной уже в 70-х годах он сказал что всегда мной гордился, что я мог постоять за себя, и главное не спустить кому-то оскорбление. Кстати та драка была из-за как раз таки антисемитизма, один из тех кого я побил подозвали всю дворовую шпану когда я, Даша Варенцова, и двое моих одноклассников о которых я говорил Маша и Витя, евреи шли после уроков домой. Ну мы и начали защищаться. У одного был нож, и он меня порезал, нас сильно тогда побили. Витька со сломанной рукой вместе с Машей на себе дотащили меня до милиции. Это не в первый раз когда я столкнулся со смертью, первый раз был во время оккупации. Это был второй раз. Меня зашили, и я три месяца провалялся в больницы. В это время Маша, и Даша помогали мне с учёбой, что бы не отставал. Мой отце гордился тем что я заступаюсь за них. Правда сказал он это уже когда я стал полковником КГБ. Наши отношения были сложны ещё потому что моя мать умерла во время оккупации в финском концлагере. Он естественно потом вновь женился. Я не понимал этого, но моя мачеха была хорошим человеком, она мне часто помогала и поддерживала. Отец же мой был покалечен жизнью можно сказать, он признавал только силу, и для любого ребёнка жить в такой атмосфере когда отец прошедший войну, и признающий силу я думаю сложно, учитывая и конфликт. Каким я его помню? Вечный борец, постоянно боролся, даже со мной. Если мы садились за шашки и шахматы, мы не играли мы воевали. Даже в картах, мы воевали. Мухлевали, чего только не делали. Я думаю мой отец просто не знал иного состояния кроме как войны. Воевать, бороться, это был смысл его жизни. После 20-го съезда он только и делал что писал разгромные статьи, мне за это перепадало очень сильно, на мне это отражалось. Я помню его как профессионала который всегда брал на себя ответственность, с него я брал пример для себя в этом. Он никогда не успокаивался пока не закончит какое нибудь дело. Но в политическом смысле если рассмотреть его взгляды мой отец был настоящий динозавр, Сталина он боготворил, но и признавал ошибки, непростительной я уже говорил считал одну, государственный антисемитизм после дела врачей. Я очень хорошо помню когда мы приехали в Москву, в Еврейский театр Михоэлса знаменитого, я не знаю в чем причина того почему мой отец вопреки всему так по божески относился к евреям, я относился потому что наша соседка тётя Мотя как мы её называли, она как раз была матерью Витьки и Маши, она всегда угощала меня сладостями. И вообще приносила нам что нибудь когда чего-то не хватало. Почему отец я не знаю, этого я не узнал я на этом внимания не заострял ранее и теперь жалею, было бы интересно узнать как в столь законсервированном как наше обществе где всё по сути загналось на кухню, он воспитал в себе такую стойкую веру в интернационализм, и в коммунизм как в идею, но увы уже не могу. После начала перестройки которую он считал губительной, я помню в 1986 году он мне позвонил и подвыпивший спросил прямо не охренели ли мы там что позволяем... Тут даже сказать неудобно что именно он говорил, скажу вообщем что не охренели ли мы что позволяем Горбачёву находиться у власти, мы имею ввиду КГБ именно КГБ он имел ввиду. Я не знало что ему ответить, потом начался новый этап моей жизни, вы это прекрасно знаете мою речь он считал предательской, со мной он вообще не хотел общаться. Когда он умирал в больнице он запретил меня впускать к нему как и моих детей, своих внуков. Я если честно и сейчас этого не понимаю, почему. В целом подводя итог мой отец не был лучшим отцом, у нас были проблемы в отношениях, он был сложным человеком, но я любил его как сын отца, а он меня как отец, и я всегда уважал его, и брал с него пример. Это всё что я могу сказать о моём отце.

Познер: Спасибо за откровенность Валерий Анатольевич, было интересно узнать кто был ваш отец для вас и вообще историю ваших с ним отношений. Вы говорили что он гордился вами, но вы вспомнили именно школьную драку, но ведь после Венгрии когда вы вернулись с орденом, он ведь вами тоже гордился?

Соколов: Да, говорил что я стал настоящим мужчиной. Я не приводил в пример Венгрию потому что для меня самого Венгрия стала испытанием для души, не забывайте в нас стреляли люди в гражданском в основном, и для меня это был слом сознания. Я не представлял себе подобного. Было тогда понятие такое Венгерский синдром, я так назвал и свои мемуары вернее одну из частей. Там подробно описано моё душевное состояние.

Познер: Конечно, не будем заострять внимание на Венгрии, и вернемся к вопросу об антисемитизме, вы часто говоря о Царской России говорите о антисемитизме, государственном подчеркну. Но ведь в странах Европы была такая же тенденция.

Соколов: Я и не отрицаю что была, но опять же кому это было свойственно? Людям необразованным, людям с предрассудками, и прочим. Яркий пример, вернее примеры Гитлер, Геббельс, и многие другие антисемиты. Люди во многом недалекие и невежественные, но они получили власть, и стали возводить свои предрассудки в абсолют. Но если в странах Европы это носило спонтанный характер, вспышек. У нас же это носило иной, государственный характер. Можно вспомнить и убийство Столыпина когда ходили идеи о том что бы ответить на это цитирую "хорошим погромчиком", этому есть множество подтверждений. Смерть Столыпина тоже кстати говоря видного антисемита. В качестве катализатора собирались использовать Дело Бейлиса, а инициатором был министр юстиции Щегловитов, ему и принадлежит эта фраза, хороший погромчик. Кроме того активно распускались слухи что Багров убийца Столыпина еврей, и это заговор Евреев против великой России. Это поддерживалось на государственном уровне. Да и Николай Второй такой же был невежда, Витте прямо пишет что в ответ на письмо Рузвельта датируемое после миссии в Портсмуте после провальной войны с Японией где Витте отстоял наши права и мы потеряли меньше чем могли, где Рузвель Теодор прямо пишет что американская общественность возмущена антисемитской политикой России и он не сможет продвинуть закон о предоставлении России займа. Так вот Николай Второй ответил Сергею Юльевичу - Ну Евреи же сами виноваты. А в чём они собственно были виноваты? В том что они были не такие как все, или другой веры, не христианами как любят внезапно при мне возникшие говорить православные радикалы забывая что Иисус Христос тоже вообще-то с их точки зрения должен быть Жидом кровососом, и по нации и являлся таковым вообще-то. Так что моё мнение подкреплено серьезными историческими документами. Кстати говоря тот страшный погром остановил антисемит, и видный черносотенец Василий Шульгин написавший критический отзыв о деле Бейлиса, назвав это дело безумием и маразмом. Именно его статья и спасла Бейлиса и многих Евреев, как он сам написал в статье должна быть грань между здравым смыслом и фанатичной юдофобией. Шульгин надо сказать очень занимательный исторический персонаж, очень интересный, и неординарный, хотя лично я его идеи отвергаю. Собственно дело Бейлиса на мой взгляд истинный показатель всей хвалёной духовности, здравого смысла, и собственно говоря государственной политики Российской империи. Обвинять человека в том что он убил ребенка в ритуальных целях по еврейским обрядам и имея одну лишь цель спровоцировать массовые погромы, аналогичные Хрустальной ночи в Германии через 20 с лишним лет, это на мой взгляд истина того что Российская империя была первым нацистским государством в истории. Если кому-то это не нравиться, то при всем моём к нему уважении пусть засунет своё недовольство себе в одно место, и молчит.
Познер: Говоря о ваших политических решениях, хотелось бы спросить вас чем вы руководствовались при принятии своих политических решений? На этот вопрос есть множество мнений со стороны, например Михаил Касьянов в своём интервью два года назад говорил что вы запомнились непоследовательной и экспрессивной политикой, то приближая то удаляя от себя приближенных, в частности он приводит в пример Старовойтову, и Миронова, которые работали в вашей администрации, при чём Миронов был как вы в будущем его назвали нацистом. Что вы сначала пытались наладить отношения с Чечней а потом стали с ней воевать, что вы сначала избегали войны в Крыму, а после вторглись туда и уничтожили Украинскую армию. Основываясь на противоречивых решениях вашей администрации, он утверждает что вы по сути руководствовались эмоциями. Другие в особенности люди которые с вами работали, и Уэсли Кларк бывший президент США который прославился тем что вел с вами так называемую дипломатическую дуэль же говорят что вы руководствовались исключительно интересами своей страны учитывая условия в которых она находилась. Хотелось бы услышать от вас, ведь как вы обещали в начале интервью быть максимально откровенным отвечая на вопросы кроме конечно тех на которые вы ответить не можете по причине секретности, хотелось бы знать чем вы руководствовались?

Соколов: На самом деле, я не в первый раз слышу о своей эмоциональности, меня действительно, особенно в последнее время трудно назвать выдержанным человеком, сказывается старость, все мы стареем рано или поздно. Но что касается политики, я всегда трезво оценивал любую ситуацию в которой я оказывался и реагировал соответственно после консультаций со специалистами. Мой метод это Китайский парламент, я выслушиваю мнение всех, даже нижних чинов прежде чем принять решение.

Познер: Но окончательное решение именно за вами? Я правильно понял?

Соколов: Именно.

Познер: Хотелось бы тогда узнать, так как этот вопрос волнует наших зрителей не меньше чем другие не менее важные вопросы. Чем руководствовались вы, когда назначили Миронова Бориса Сергеевича руководителем комитета по информации и печати, передав ему практически весь информационный ресурс правительства, и которого покойный Егор Гайдар называл злым гением Чеченской войны? Ведь его взгляды были радикальными ещё тогда если судить из его интервью тех лет, чем вы руководствовались?

Соколов: Как и раньше я говорил, я не делал различия кого брать в команду. У меня в правительстве работали и коммунисты, и либералы, и один нацист, собственно Миронов. Главный критерий для меня это трудоспособность, исполнительность, инициативность. Миронов хорошо зарекомендовал себя ранее как именно деятель информационного блока. Я считал в тот момент что необходим более энергичный и более молодой руководитель этого направления. Свои взгляды он редко выражал при мне открыто. Он был исполнительным. Я использовал его исполнительность, хоть это и была ошибка, так как его взгляды во многом противоречили моим, и на самом деле как потом оказалось я пригрел рядом с собой змею, которая постоянно меня кусала. Все мы не без греха. Я бы не был человеком если бы не допускал ошибок. Благо ошибка была быстро исправлена. Я много ошибок совершал, главное уметь их исправлять, я умел, и делал.

Познер: А почему Гайдар называл Миронова злым гением Чеченской войны?

Соколов: Ну это я думаю понятно из ранних публикаций. Но учитывая что я дал обещание быть откровенным, я скажу почему. Гайдар был прав в том что я держал Миронова потому что мне необходимо было обеспечить информационный фон для того что бы побороть либеральную пропаганду против войны в Чечне, проще говоря он выполнял то что я ему велел, а именно снизить влияние кое каких известных товарищей на информационное поле внутри страны. Именно внутри. Проще говоря он выполнял поручения связанные с выполнением главного задания на своём посту - Информационной войны против режима Дудаева, а не Чечни. Но увы он сводил всё именно в войну против Чечни и чеченского народа, что было неверно. Мы делали ему замечания что преподносить это как войну против чеченцев нельзя. И к сожалению пользуясь предоставленным ресурсом он взбаламутил народ, приведя к распространению именно националистической пропаганды, и националистических идей. Стали появляться публикации и информационные бюллетени где Чеченцев называли нацией убийц и насильников. Собственно говоря по причине своих убеждений он не понимал что мы воюем не с чеченским народом а с террористами которые его эксплуатируют. Кроме того он стал покушаться и на внешнюю политику, обвинять администрацию в нерешительности и в прогибе под запад которого попросту не было в отношении Югославии. Моё терпение лопнуло, и я отправил его в отставку. Это припало на крупные неудачи в той кампании, и потому он быстро превратил это в отличный старт для своей политической карьеры. Благо наш народ оказался в 1996-м и 1997-м годах более благоразумным чем немецкий в 1932-м. И выбрал народ меня тогда, что бы он не говорил теперь.

Познер: Но судя по тому как быстро общество стало склоняться в сторону войны, с определённой точки зрения задачу он выполнил?

Соколов: Да, выполнил, но не так как это нужно было. Это привело к погромам к убийствам. До сих пор наши народы практически по инерции проносят всё то что породил Дудаев с Яндарбиевым и Миронов.

Познер: Относительно Чечни, известно что вы были противником режима Дудаева и сделали не мало что бы его режим был уничтожен. Но после 1991 года вы предпочитали особо не вмешиваться в Чеченские вопросы. Некоторые полагают из-за ваших личных интересов, так ли это?

Соколов: Напомню я руководствуюсь трезвым анализом. На тот момент я не мог сделать то что сделал потом по объективным причинам, не были подготовлены необходимые условия для уничтожения режима Дудаева и восстановления конституционного порядка. Были и экономические и административные причины. В частности реформа в армии, новая система управления и новая тактика ведения боя не были должным образом отработаны. Осетино-Ингушский конфликт это показал в полной мере в 1992 году, в нём кстати принимал участие мой сын как солдат срочник. Хотя во время того конфликта мы предотвратили кровопролитие, но можно вспомнить как долго мы развёртывали войска, и были известные проблемы. Экспериментальное на то время подразделение 131-я бригада, знаменитые Майкопцы были наиболее боеспособными но показали себя плохо в условиях новых задач антипартизанской войны и подавления беспорядков. Так как на то время мы не выстроили должным образом Национальную гвардию по новой системе. Доходило до того что там воевали местные казаки на правах добровольцев. Ингушские боевики не были организованы в той же мере как Чеченские, а представьте если бы мы вторглись туда именно тогда, когда существовали все эти проблемы? Мы бы положили как минимум 14 000 человек. Украина в то же время что и мы в Чечне не реформировав свою армию потеряла при одном штурме Симферополя больше людей чем мы за всю войну в Чечне. Это ли не показатель? Так что я руководствовался именно этим, мне многие военные, специалисты, боевые генералы нюхнувшие пороху в Афганистане говорили что нельзя. Я их и слушал. И я сам понимал что я по сути поведу армию на бойню в тот момент.

Познер: Чтож в этом вы правы. Хотелось бы знать в чём кроется ваша неприязнь антивоенного движения в то время?

Соколов: Ответ достаточно прост, потому что им пользовались политические оппортунисты. Никто не делает рейтинг себе поддерживая власть, его делают выступая против. Чечня была для них поводом. Для Гайдара с остальными потому что я жесткий, для Миронова потому что мягкий. И к тому же если бы мы позволили Чечне уйти мы бы поставили под сомнение существование самой России как государства, а любые уступки в сторону федерации я считал губительными для экономических реформ, нужна была жесткая вертикаль власти. Ведь если дать больше прав национальным республикам, то придется и губерниям. И каждый будет делать то что хочет, как в таких условиях вообще возможен был тот скачок который мы сделали? Просто, да никак!

Познер: Относительно жесткости, вы действительно были довольно таки жестким в отношении Чечни, и применяли тактику найти и уничтожить. Более того бомбили территорию иностранного государства конечно правда с позволения правительства я имею ввиду Грузию. Не мучает ли вас совесть за то что по вашему приказу лётчики иногда убивали мирное население?

Соколов: Я вам скажу за что именно меня мучает совесть, я каждый раз думая о Чеченской войне вспоминаю одного старого казака из станицы Асеновская, который в Моздоке среди беженцев подошел ко мне с боевым орденом красного знамени и в лицо мне сказал - Товарищ Соколов, вы правильно делаете, я поддерживаю вас сейчас в том что вы начали войну с Чечней, и бомбите Грозный. Но я ненавижу вас как человека, потому что если бы вы сделали это раньше, моя внучка не была бы изнасилована десяткой чеченцев и мои дети были бы живы, как и моя жена старуха. Будьте прокляты вы за ваше промедление! Вот за что меня мучает совесть! За то что я не пошел до конца ещё в 1991 году и не удавил Дудаева когда он родился, из-за саботажа Горбачёва. Мне стоило устроить второй путч и свергнуть Пятнистого что бы удавить Дудаева, но я побоялся, не сколько Горбачёва, а сколько будущего рыночных реформ, ведь если бы я свергнул его, и объявил бы по СССР тогда существовавшему ЧП, я бы стал в глазах запада Диктатором и всё пошло по сценарию перестройки. Из худшего я выбрал лучшее. Потребности меньшинства в Чечне я не учитывал при учёте потребности большинства населения России. Так что да, меня мучает совесть за то что я по сути отдал русских там на съедение этим зверям, но никак не за войну которую мы начали после терактов уже в центре России начавшихся с призыва Дудаева превратить Москву в зону бедствия. Я всегда это говорил и буду говорить. Это война и на войне убивают, не бывает войны без потерь, тогда тем более. Те кто это говорят не имеют никакого права меня осуждать как собственно и солдатские матери не имеют никакого права осуждать меня за убийство своих детей, потому что мой ребенок тоже погиб на той войне, другой мой сын пережил войну но тоже воевал, и после воевал ещё во многих войнах на постсоветском пространстве и главное за пределами его, в Ираке который потом тоже вызвал бурю недовольства. Мои сыновья были в первых рядах во всех войнах в которых участвовала Россия, я их от войны не прятал, и в штабах не держал, хотя мог и предлагал им это. Но я их воспитал так же как мой отец воспитал меня.

Познер: Говоря о ваших сыновьях. А вернее о младшем сыне, Александре. Стало известно что после его смерти вы по сути самоустранились от исполнения государственных обязанностей почти на две недели. Хотелось бы знать, вы отдавали себе отчёт в том что вы по сути ушли в самоволку?

Соколов: Нет, я был убит горем. Я приказал никого ко мне не впускать даже свою жену. Эти 13 дней моей жизни самые страшные что я пережил. В моменты когда я засыпал и просыпался у меня несколько раз происходил так называемый сонный паралич, когда вы в сознании, но при этом не можете двигаться несколько секунд, после того как проснулись. Были даже галлюцинации во время этого. Кто был в таком состоянии, знает что во время него кажется что в комнате с вами кто-то есть. Это связано со страхом того что вы не можете пошевелиться, воображение играет злую шутку, так как невозможность двигаться вызывает панику. У меня такое было во время этого, больше чем за всю жизнь. Я часами смотрел домашние видео где я был вместе с живым ещё сыном, и его фотографии. Я замкнулся практически, я общался только со своим начальником службы безопасности Павлом Дашкевичем, он и приносил мне выпивку и что-то поесть.(Молчит и вздыхает) Родители не должны видеть смерть своих детей, никому не пожелаешь.

Познер: То есть та отлучка была нервным срывом.

Соколов: Именно так, это был тяжелый удар для меня. Единственное что я сделал во время этого времени я позвонил Громову, и приказал составить отчёт как мой сын погиб подробный. Он погиб как герой, но для меня это не было утешением.

Познер: Как ваша супруга это пережила?

Соколов: Сложно. Я по причине срыва не хотел никого видеть, она желала быть со мной. И потом она тоже замкнулась. Нам ушло много времени что бы снова наладить отношения. Я вернулся к работе и старался не думать об этом, ведь когда я протрезвел нужно было возвращаться в строй, и работать, обязательств моих никто не отменял. Так что я ни с кем об этом не говорил, с ней тем более. Я загонял проблему вглубь, в итоге мы оказались на грани развода, мы серьезно поссорились, моя жена предельно откровенно описала это в книге своей. Так что вы извините, но больше я на этот счёт говорить не хочу, слишком больно.

Познер: Конечно Валерий Анатольевич, я понимаю вас, для вас лично это очень тяжело.
Познер: Возвращаясь к вашему жизненному пути, на посту президента России. У меня в руках сейчас есть выдержка из интервью с вашим бывшим коллегой Джорджем Бушем Старшим, которая касается непосредственно ваших действий на посту президента России, и собственно является его оценкой вашего правления...(Соколов перебивает Познера)

Соколов: Руководства, правят Цари, руководят политики, небольшое уточнение, извините что перебил Владимир Владимирович.

Познер: Ничего страшного. Так вот он оценивает вас таким образом - "Господин Соколов был по сути самым сильным лидером постсоветской России, и вообще этого государства. За время президенства будучи первым всенародно-избранным демократическим путём, он оказался не просто популистом и человеком с харизмой у которых было больше шансов прийти тогда ко власти, а воистину выдающимся государственным деятелем, который был в состоянии, мог и решал вопросы и задачи которые не решал ни один человек за всю историю мира. На него свалились внутренние кризисы, внешние кризисы, и множество войн, и со всеми проблемами он справился где жестко, а где и находя компромисс. Ни один лидер не сталкивался ещё никогда с той проблемой с ядерным оружием как он, и во многом благодаря его энергии и его опыту мы смогли решить проблему с бывшим ядерным арсеналом Советского Союза оставшегося в бывших республиках СССР. Именно он устранил те проблемы которых опасалась наша администрация в случае развала СССР, и именно он причина того что мы сейчас живем в мире с большей уверенностью что завтра таки наступит, и в мире где безопасность восторжествовала." Так вот хотелось бы спросить вас, вы согласны с такой оценкой вашего правления?

Соколов: Да, более чем. Джей Герберт редко даёт такие оценки и редко бывает откровенен, на самом деле он незаслуженно забытый политик. Он был моим самым важным союзником вначале моего пути как Президента, много-го чего я добился обусловил вначале именно он, это наш план Маршалла, и помощь с ядерным оружием и кредиты, многое. Я рад что в США был такой человек в то время, если бы он пробыл на этом посту больше мы бы сделали ещё больше. Но увы. А так он прав, ни один лидер в истории не сталкивался с таким количеством проблем, как я любил выражаться - "количеством проблем на кубический сантиметр". И это было так. Не считая коренные реформы, административные, социальные, экономические, военные, реформы силовых структур, реформы образования, судебная реформа. К этому всему надо добавить как он упомянул многочисленные кризисы. Вывод войск из Германии и Восточной Европы, социальные проблемы, Югославия, Корея потом ещё, внутри у нас была Чечня и Кавказ, вопрос о безопасности наших военных в Постсоветских республиках, участие в семи войнах практически одновременно. И конечно самое сложное это ядерное оружие. Он прав в оценки того что ни один лидер ядерной державы не сталкивался с такой проблемой.

Познер: Вопрос ядерного оружия и он и вы я вижу считаете особым в вашей политической карьере?

Соколов: Безусловно, и говоря откровенно, я считаю решение этого вопроса своей самой громкой и самой важной победой на посту президента России.

Познер: Хотелось бы узнать почему именно так?

Соколов: Ну для начала вспомним какой был фон. Белоруссия, Украина, и Казахстан обладали после развала ядерными силами превосходящие ядерные силы Британии, Франции, Китая, Индии, и Пакистана всех вместе взятых. Казахстан был вообще после развала третьей страной по количеству ядерных боеголовок в мире! И самое страшное что все эти страны и наша в том числе были в плохом экономическом положении, и существовали социальные волнения которые могли перерасти в войну. Более того наши межконтинентальные баллистические ракеты вместе с ракетами малой и средней дальности контролировались центром в Москве, но на местах я имею ввиду Украину части приняли Украинскую присягу. То есть фактически осуществлять контроль было невозможно. Плюс эти страны в случае выхода ситуации из под контроля становились мишенью для США в случае войны. Наибольший страх вызвали авиационные боеголовки и тактические ракетные комплексы вроде Ока и Скадов. Так как они не были централизованы. То есть они по сути перешли на вооружение к этим странам. Плюс в Украине в этот момент начала возобладать антироссийская политика, а местные политические оппортунисты попросту считали ядерное оружие торговой единицей а некоторые и вовсе считали дубинкой которой можно махать перед Россией. Благодаря администрации Буша и слаженным действиям мы сумели убедить эти страны отказаться от ядерного оружия. Мне приходилось постоянно маневрировать что бы они не изменили свою позицию. Казахстан где в это время главным был Нурсултан Назарбаев быстрее всех вывел всё оружие к нам, потому что он понимал что это лишние затраты, и главное что его страна до вывода будет мишенью. Белоруссия вначале торговалась но быстро пришла к иной позиции. С Украиной же постоянные были проблемы. То Крым, то ещё что-то. Исключительно из-за того что ситуация там была нестабильна и запад боялся ядерного оружия в такой нестабильной стране, они надавили на них вместе с нами что бы они вывели всё оружие к нам, поскольку благодаря моим как теперь модно это говорить авторитарным методам руководства страной, и с нашей армией мы считались наиболее политически стабильной державой которая сможет утилизировать данные стратегические потенциалы. По договору СНВ-2 по мимо того что бы отказывались от ракет с разделяющейся боевой частью, мы обязывались утилизировать всё оружие выведенное из постсоветских стран. Это бы и делали. Поскольку у нас был второй по мощи ядерный арсенал после американского, и увеличение его привело бы к большим затратам, потому я можно сказать продал эту идею США, и они были довольны, да и я был сторонник ядерного разоружения до необходимого минимума. Многие талантливые военные мне говорили что у нас серьезная перегрузка в этом, и нужно оптимизировать ядерный потенциал. Последние Украинские 38 ядерных боеголовок с ракетами были выведены после Крымской кампании. Во время той войны были психи которые желали этим воспользоваться. Благодаря тесному сотрудничеству с западом за которое меня тогда ругал Миронов мы сумели избежать большего кровопролития, и по сути выйти сухими из воды. Так что вопрос ядерного оружия для меня был особенно важным и я считаю что я сделал всё возможное и невозможное, так как до этого момента никто ни с чем подобным не сталкивался никогда. Был прецедент с Южно-Африканской республикой во времена Апартеида, когда они разрабатывали ядерную программу, и благодаря международному сообществу её сумели разоружить, но тамошний арсенал был всего 6 уже готовых ядерных боезарядов. А тут как вы видите целые арсеналы способные уничтожить мир несколько раз. Так что всё было в новинку.

Познер: Понятно. Говоря о ядерном вопросе, вы как политик сталкивавшийся с этим уже, и имеющего опыт решения данного вопроса, уже говоря о сегодняшнем дне, как вы считаете, стал ли мир безопаснее?

Соколов: Безусловно, за эти годы были разработаны новые процедуры и законы, так что теперь это контролируется в большей степени чем раньше.

Познер: Учитывая недавние события с Ираном, когда Америка нашла во время военной операции там ядерное оружие, считаете ли вы что великие державы должны больше уделять времени именно вопросу ядерной безопасности?

Соколов: Абсолютно верно. Никогда не знаешь с кем можно иметь дело, как историк сейчас могу сказать что случаются моменты в истории мира когда личные качества политического лидера возобладали над остальными факторами. Потому моё убеждение твердо, и однозначно, великие державы должны прилагать все усилия для того что бы ядерный клуб и его члены оставались неизменными, и главное что бы в перспективе вообще упразднить ядерный клуб после реформы международного законодательства и международных институтов что на самом деле дело далекого будущего к сожалению. Но важно контролировать это, и великие державы обязаны этому уделять огромное внимание. Нельзя допустить что бы у каких-то фанатиков появилось ядерное оружие, плюс я считаю надо контролировать ядерное оружие. Говоря об Иране вы знаете что две тактические боеголовки для ракет Скад были под учётом ООН в 90-е годы не где-то а на Украине, и именно от туда они попали туда. Что ещё раз подчёркивает правильность моей позиции в данном вопросе по отношению к Украине и бывших советских республик, кто бы сейчас что не говорил на западе или у нас среди Либеральной общественности.

Познер: Чтож вынужден согласиться с вами что этот вопрос действительно очень важен. И говоря об Украине у меня есть следующий вопрос, связанный с ней. А именно Крым. Я могу ошибаться, но я считаю беря в качестве первоисточника вашу пресс-конференцию в Мэдисон-Сквер Гарден совместно с Вице-президентом США Альбертом Гором, и ваши заявления здесь в России, что вы были ярым противником того что Украина делает в отношении Крыма, и что вы ничего не делали до 1996 года в этом отношении, я опять же могу ошибаться именно из-за того что вопрос с Украинским ядерным оружием не был к тому моменту решен окончательно?

Соколов: Вы правы, это и было сдерживающим фактором. И опять же должен заметить вопрос был решен после войны в Крыму.

Познер: Да вы говорили, да и есть много статей и материалов до этого. Я бы хотел спросить, была ли угроза локальной ядерной войны между Украиной и Россией?

Соколов: Да, равна 76% если быть точным.

Познер: Это очень много, вы как человек видевший дальше остальных, и знавший несоизмеримо больше, скажите, были ли в Украинском руководстве идеи или даже веяния на счёт того что бы пригрозить России ядерным оружием?

Соколов: Естественно.

Познер: В таком случае хотелось бы узнать как вы с этим справились?

Соколов: Исключительно благодаря Европе и Западному миру.Запад тоже был противником войны в Крыму, и мы это использовали, постоянные отказы Украинцев разоружиться, и передать нам ядерное оружие привели к тому что Украина оказалась в изоляции. Это несколько отрезвило их. Хотя и на западе не было единства во мнении была ещё инерция от холодной войны и были люди считавшие нас вселенским злом, а Россию Мордором.

Познер: Империей зла, из Звездных войн, как сравнил Рейган? Это я думаю больше прижилось.

Соколов: Ну для меня как человека 60-х именно Мордор, если говорить с точки зрения Запада, потому что звездные войны появились в 70-х. Но да. Были такие люди.

Познер: Как вы преодолели эти препятствия?

Соколов: Не я, здравый смысл, запад быстро понял что играть на этом опасно и нужно поддержать нас, иначе сложно было бы предугадать последующие события.

Познер: После побега Литвиненко за границу, и публикации секретных документов, стало известно об операции по физическому устранению Министра Обороны Украины Константина Морозова. Хотелось бы узнать, чем вы руководствовались?

Соколов: Тем что Морозов был главным сторонником применения ядерного оружия против нас. Под угрозой был Ростов-на-Дону, и Воронеж с Новороссийском. Это сотни тысяч жизней, не говоря уже о том что действительно велась подготовка к этому. Кучма уже не контролировал вооруженные силы, и в их руководстве была паника. Если бы морозов продвинул данную инициативу, и по нам был бы нанесён удар, нам бы пришлось ответить, были военные планы по ядерной бомбардировке Украины в качестве ответного шага. Ясно было что если на нас нападут с этим оружием, то нам придётся ответить, я бы убийства наших граждан попросту бы не простил. Так что я начал искать другой путь. Мы знали что Морозов неуправляемый, и знал что от него исходит большая угроза чем от Кучмы и остальных военных на Украине. И именно его мы решили убрать. И как показала история после его смерти подготовку к этому прекратили, и Украинская армия отступила из Крыма и Приднестровья. Я спас в первую очередь убийством Морозова миллионы русских и украинцев которые могли погибнуть. Так что моя совесть чиста.

Познер: Интересно отметить что это был первый приказ об убийстве со стороны руководства страны для спецслужб со времён приказа об убийстве Степана Бандеры. И интересно отметить что он так же Украинец? Не считаете ли вы это иронией?

Соколов: Совпадение. И да вынужден вас поправить до Морозова были Чеческие террористы такие как Дудаев, Масхадов, и прочие. Но если смотреть с позиции того что они просто террористы, а Морозов министр обороны иностранного государства, то так. Хотя Бандера не был руководителем иностранного государства, а был таким же террористом и не более. Можно вспомнить те зверства что учиняли ОУН. Тут на самом деле сложно трактовать события с таких позиций.
Познер: Говоря о Бандере, и о конфликте с Украиной. Можно вспомнить мнение журналистки Ассошиейтед Пресс Джейн Стэнли которая имела аккредитацию при вашей администрации и часто задавала вам жесткие вопросы, недавно выпустившая про вас книгу. В ней она указывает что вы являетесь Украинофобом приводя ваши цитаты о Украине и о её руководстве. Считаете ли вы себя таковым?

Соколов: Нет. Я знаю много хороших людей из Украины. У меня в армии было два друга Украинца, один погиб во время событий октября 1956 года в Венгрии, учитывая что я персона нон-грата на Украине я не могу даже приехать на его могилу. Я много раз бывал в Киеве, прекрасный город, очень красивый. Был во Львове там я проходил лечение после Венгрии, и именно во Львове я впервые услышал звуки нашего спутника, первого запущенного в Космос, при чём именно 4 октября 1956 года когда был в увольнении. После того как маршал Жуков меня лично награждал. Мы тогда даже не поняли что это, пытались попасть на радио Праги, и вдруг какие-то би би, ну вы помните этот сигнал. А потом узнали что это было. Так что нет я не считаю себя Украинофобом. Просто руководители Украины были как люди дерьмо, и как политики дерьмо. Исключая Кушнарёва, он единственный наверно нормальный из всех лидеров Украины, который действительно заботиться о своей стране. Но увы он встречает противодействие со стороны националистов, очень серьезное. Крымская война что бы не заявляли Украинские лидеры, это проект именно Украинского руководства мы к этому не имеем отношения, и эта война и привела к такому похолоданию отношений. Нам пришлось действовать, и мы действовали. Так что нет. Я к любому национализму отношусь плохо, для меня национализм первый шаг к нацизму и расизму, так что мне плевать кто Бандера, русский, или украинский националист, если националист значит плохой. Вот суть моего мышления. Есть разница между патриотизмом и национализмом. На Украине развивается не патриотизм а именно жесткий энтонационализм. Гибельный путь на самом деле как показала история.

Познер: Вы сравнили Бандеру ранее давно ещё с Усамой Бин-Ладеном. Было ли это сказано для красного словца или же всё же вы так думаете?

Соколов: Думаю и для этого есть основания. ОУН проводила политику террора в отношении мирного населения которое было лояльно советской власти. Теракты убийства и прочее. Он ничем не отличаеться от Усамы Бин-Ладена.

Познер: Кроме Кушнарёва хотелось бы знать, есть ли из Украинских лидеров ещё человек которого вы бы считали если можно сказать полезным?

Соколов: Скорее тем кто приносил меньше вреда, да есть один такой. Ющенко. Он быстро понял урок и мало гавкал на нас и провёл неплохую реформу. Но опять же в политике, зацикленность на теме голодомора, и прочего, я не могу принять такой политики, и считаю её вредительской. Нет заняться реформами, бессмысленные траты денег на памятники безусловной трагедии Украинского народа, и использования этой трагедии переиначивая её как геноцид Украинского народа, хотя это ложь поскольку умирали все, и русские, и белорусы. Русских даже больше. Это нельзя считать геноцидом именно Украинского народа. Ющенко такой же идиот как и Горбачёв не закончив реформы в экономике, а начало было неплохое ударился во всякие переосмысления прошлого. Одно слово - идиот.

Познер: Вы известны своей резкой критикой многих политиков, во многих странах и даже в нашей стране. Хотелось бы спросить, почему вы так строго всё же относитесь к оценке любого политического деятеля?

Соколов: Я бывший агент КГБ, я управлял целыми отделами, я управлял страной, я управлял партией. И делал это хорошо. Я сужу по себе. Украинские политики не исключение, как и политики других стран. Я оцениваю их по тому что они могут, и что смогли. Я ровняю на себя, и моё мнение зависит от того насколько они умные раз, насколько гибкие и изворотливые два, насколько эффективные три, и какие их глубинные цели четыре. Если политик вор в особо крупных размерах, или твердолобый идеалист то он уже не политик вообще. Я не вор, и не твердолобый идеалист. Мне часто говорят что я сужу слишком строго, увы ничего не могу поделать. Мои подчиненные все проходили мой экзамен, кто не справлялся того я убирал из аппарата с тупицами, и дармоедами я не работаю. И так же я сужу политиков. Среди Украинских политиков Кушнарёв я думаю наиболее можно сказать эффективный, и наиболее целеустремлён, у него огромный потенциал и он его использует, и потому я его не критикую.

Познер: Продолжая тему о Украинско-Российских отношениях, как вы думаете есть шанс что в будущем они улучшаться?

Соколов: Есть, Украине некуда деваться, поскольку мы по прежнему главный её покупатель. И если они не исправят свою политику они не смогут торговать с нами и обеспечить себя денежной массой достаточной для реформ. Если они хотят в Европу, то им нужны деньги на соответствующие реформы, а значит нужно торговать, а с кем? Только с нами. Путь Украины в Европу лежит через Россию. И мы готовы помочь, при изменении политики Украины, я ясно обозначил это ранее. И я думаю нынешняя администрация Прохорова тоже со мной согласиться что этот конфликт пора устранить. Кушнарёв сделал много шагов к этому, и отношения действительно улучшились, можно сказать наступила Кушнарёвская оттепель, и мы надеемся что она продолжиться, вплоть до коренной перестройки, извините уж за аллюзии на наше старое доброе советское прошлое.
Познер: Ранее я привел цитату из интервью Джорджа Буша-старшего, и вы сказали что он сделал очень многое что бы Россия сумела пройти самый сложный участок пути Реформ. Работавшие с вами экономисты в те годы так же говорят что помощь от специалистов и экономистов Клинтона была слабой, и многие говорят что экономисты Клинтона отстали от жизни. Хотелось бы знать, вы так же считаете что Билл Клинтон не был вашим можно сказать надежным партнёром на западе?

Соколов: Увы это так. Его в США так и прозвали - Скользкий Билли. Он то поддерживал нас, то нет. То ругал, то хвалил. Во многом это связано с его окружением и экономистами его штата. Они были помешаны на правах человека и на демократии. Считали что мы слишком империалистичны в отношении Чечни и Крыма. Так что было много проблем в отношениях между США и Россией в годы администрации Клинтона.

Познер: Как вы смогли их преодолеть?

Соколов: Просто, я критиковал их позицию открыто когда мы оказывались с Клинтоном и его советниками наедине, критиковал и предлагал. Предлагал и не дожидаясь ответа делал, и потом отвечал. Сталинская формула. Но вообще я поступал по совету Ричарда Никсона. Он мне так и сказал, я должен действовать как он действовал в отношении с нами. А именно набивать цену, стоять на своём и оставлять им пространство для маневра как и для себя. Я не разгонял нелояльные мне ОРТ и НТВ, но даже этого им было недостаточно. В их прессе появились словосочетания Чеченские лидеры, Мирные Чеченцы, Жертвы агрессии, Агрессия против Украины. Меня это злило очень сильно. При том что Билл мне говорил одно в прессе говорилось другое, но всегда отнекивался мол нет это не я, у нас свободная пресса. Но это была ложь. В его окружении были люди которым не симпатична Россия вообще, в любом виде кроме как разрушенной. Так что приходилось натурально выживать. Благо в Европе у нас были отличные и более дружащие с жизнью союзники, и они сумели настоять. В остальном же я действовал как знал.

Познер: Многие связывают то что вы сумели преодолеть противодействие со стороны тех кругов в США с тем что было сформировано Русское лобби в конгрессе.

Соколов: Оно действительно было сформировано так как наша страна была крайне привлекательная для инвестиций, и все рвались к нам что обусловило экономическое чудо. Так что да, оно было, и со многими из них я встречался.

Познер: Вы упомянули Ричарда Никсона, так же вы были знакомы с Рейганом, двумя Бушами, Клинтоном, Картером, Кларком и с нынешним Президентом США Сибелиус. Скажите всё же кто из тех американских лидеров с которыми вы были знакомы произвели на вас большее впечатление, и кого вы считаете более великим.

Соколов: Никсон.

Познер: Почему именно он?

Соколов: Он своей политикой разрядки, политикой в отношении Китая, и во многом другом по сути вынул первый кирпич из Берлинской стены. Он заставил нас бояться Китай как возможного союзника США, и мы стали тратить больше денег на оборону что бы воевать на два фронта. Плюс ко всему этим шагом он окончательно обозначил раскол коммунистического блока, и по сути способствовал тому что появились новые доктрины в партиях, и новые платформы. Что обусловило потом реформы маленькие реформы, но которые привели в последующем к развалу той системы что казалась нерушима. При этом Ричард Никсон не шел на открытое противостояние, и делая всё это добивался и определённого результата, а именно ОСВ-1. Это был колоссальный шаг в сторону от возможной ядерной войны, и тут его заслуга вместе с Брежневым в ещё большей степени несомненна.

Познер: Кстати говоря о Брежневе, наши зрители интересуются, к кому из советских лидеров вы относитесь можно сказать с большей симпатией, и кого считаете эффективным. Вы известны как мы узнали ранее что вы судите строго. Так что хотелось бы узнать кто всё же у вас среди советских лидеров лучший.

Соколов: Ответ вас удивит, Брежнев.(Улыбается) Почему он? Его рано или поздно оценят по заслугам, и уже начали благодаря моему другу Леониду Млечину. Вы вспомните что было до него? Берлинский кризис, Карибский кризис, постоянная гонка вооружений. Страшный антагонизм двух мировых систем. Я имел возможность лично с ним общаться, и говорить, при чём и в лучше его годы. Его незаслуженно во многом попросту забыли, и оплевали. Он имел слабости чисто человеческие, но нельзя из-за этого забыть и саму личность. Он очень серьёзно относился к вопросам мировой безопасности и главное к вопросам ядерной безопасности. Он считал что существующее противостояние приведет к войне. И он сделал то чего от него никто не ждал. Он пошёл на разрядку. Хотя многие в Политбюро были против я это знаю с первых рук. Никсон хоть и вел жесткую игру но тем не менее оставлял нам возможность для маневра. И Брежнев первый предложил ему это. Они сумели договориться, понять друг друга. И более того они оба понимали что всё зашло слишком далеко. Позднее сам Никсон мне сказал что разрядка целиком и полностью заслуга Брежнева, так как он, Киссинджер и другие из его круга не доверяли нам из-за Вьетнама и других наших внешнеполитических шагов. Он мне подробно рассказал и про события с Камбоджей, и про Войну Судного Дня когда наши страны впервые со времён Карибского кризиса оказались на пороге войны, и что именно Брежнев приложил не мало усилий что бы утихомирить Арабов, и что бы наши войска не оказались втянуты в это, и был в постоянной связи с ним. Внешнеполитический курс Брежнева был выгоден очень сильно потому что наладились и торговые отношения с США, сотрудничество в экономической сфере, хоть малые но всё же это был Прецедент который дал толчок в будущем. Во внутренней политике проводили реформы очень медленные и из-за существовавшей системы они заглохли но он понимал что нужна новая экономика. Так что я считаю что Брежнев был куда более дееспособен чем Горбачёв, и сделал намного больше чем его предшественники, в разы больше.

Познер: А как же Юрий Андропов?

Соколов: Юрий Владимирович к сожалению правил очень и очень недолго. Потому он сделал мало. Я оцениваю и по критерию что сделано. Сделано было критично мало, но я твёрдо убеждён что если бы Андропов прожил ещё пять лет, СССР бы сохранился. Андропова я оцениваю как своего начальника и как руководителя нашей всем известной спецслужбы и как дипломата, а он начинал как дипломат. И моя оценка очевидна, он имел огромный потенциал и много успел сделать полезного в рамках полномочий. Обидно что он рано ушёл.
Познер: Говоря о событиях путча, известно что вы принимали не самое последнее участие в обороне Белого дома, и были ранены. Ваши сторонники считают это героизмом, противники же неадекватным поступком так как вы всё же были избранным Президентом России, как вы лично оцениваете данный свой поступок?

Соколов: Всё очень просто, был штурм и я считал что это конец. Я решил что лучше умереть с музыкой, так как я лично не компетентен в военных вопросах, вернее сказать в обороне на каком нибудь военном рубеже, в данном случае я не мог командовать обороной целого комплекса зданий. Я решил что я буду больше полезен именно как командир небольшого отряда занятого на обороне Белого дома, так как я имел военный опыт именно в таком масштабе в Венгрии. У нас в штабе было много генералов, под общим командованием Константина Кобца. Я считал что я им буду только мешать. Да и честно говоря я не знал что в армии созрел настоящий мятеж, и что скоро всё кончиться победой демократии. И я считал что лучше умереть стоя чем позволить что бы меня вели как агница на заклание.

Познер: То есть вы не считаете свой поступок героичным во время осады?

Соколов: Нет, в моей жизни были более героические поступки. В Венгрии или во время учений когда я вытащил из загоревшегося танка экипаж, обгорев сам. За это собственно мне и присвоили второй орден, уже Красной звезды. И после дембеля я был самым награждённым наверно солдатом нашей армии после окончания Великой Отечественной войны. Я помню когда я возвращался домой в своей форме с орденами молодой, на меня ветераны косо смотрели, так как они не знали почему я ношу боевые ордена в мирное время, хотя я явно не воевал в Великой Отечественной войне. Так что в моей жизни были поступки более героичные чем тот случай во время путча.

Познер: Продолжая тему о путче, вы узнали о нем уже над Атлантикой, по телефону от Вице-президента США Дэна Куэйла, и вы тогда сделали свою знаменитую петлю. Вы ведь понимали что возможно вы будете сбиты Советской Противовоздушной обороной так и не долетев до Москвы?

Соколов: Естественно, но я не мог улететь в США и там уже возглавлять сопротивление. Или создать правительство в изгнании, я бы попросту бы предал народ. Я нес ответственность за свой народ, и я не имел право прятаться. Так что я принял единственно верное решение, вернуться. И считал что это целесообразно. Я как и чуть позже решил, ну собьют так и собьют, и хорошо в самом деле, тогда весь мир увидит кто у власти оказался в СССР.

Познер: Но вы не боялись?

Соколов: Конечно же боялся. Но всё же здравый смысл мне говорил что они не пойдут на это из-за боязни подмочить свой рейтинг. Но как я позднее выяснил Крючков пытался повлиять на Шапошникова через Моисеева что бы меня таки сбили когда я пересёк воздушное пространство СССР, они поняли это уже после того как это случилось. Но увы не имея письменного указа он не стал этого делать, а Янаев попросту испугался, боясь того что случиться. Они были слишком медлительны, и план строился на том что я окажусь далеко и не смогу вернуться вовремя. Но в это время мои верные соратники, и особенно ранее упоминавшаяся вами и мной Галина Старовойтова как Вице-президент России, Геннадий Бурбулис как Госсекретарь и Виктор Черномырдин как Премьер-министр России уже начали собирать сопротивление вместе с депутатами, и тогдашним мэром Москвы Гавриилом Поповым. Ельцин в тот момент был вне столицы, из-за конкретной попойки произошедшей накануне, что и сыграло свою роль. И они справились надо сказать превосходно. Уже к вечеру я вернулся в Москву и после тех проблем в аэропорту сумел пробраться в Белый дом, в эту цитадель Демократии.

Познер: Известно что после вашего приземления в Шереметьево, которому активно мешали, вы оказались окружены Альфой и спецназом КГБ. Об этом мало кто пишет, но хотелось бы выяснить, как всё же вы выбрались от туда?

Соколов: Мой опыт работы в КГБ сыграл свою роль, я был знаком с протоколами и главное с шаблонами действий нашей спецслужбы в такой ситуации, и я знал что этому противопоставить. Долго говорить не буду, скажу что меня буквально вывезли в багажнике от туда. При мне был пистолет на случай если кто-то откроет багажник без условленного сигнала. Как я потом узнал за те 8 часов я очень сильно похудел, и плюс мои волосы тронула первая седина. Это был стресс.

Познер: Бытует миф о том что для вашей доставки в Белый дом вы воспользовались услугами ЦРУ, особенно среди радикальных правых кругов сейчас и среди коммунистов. Правда ли это?

Соколов: Абсолютно нет. ЦРУ ограничивалось в этом тем что доставляло Куэйлу и Бушу информацию о том что тут происходит, а те переправляли её мне. На этом всё. Мы справились силами созданной нами ещё молодой службы КГБ России, возглавляемое Виктором Иваненко, который не смотря на то что служба была очень маленькой всего 100 человек штата, тем не менее сумел организовать контрразведку, и мы получали самую свежую информацию во время Путча именно от него, и от Баранникова, министра внутренних дел тогдашнего.

Познер: Как мы знаем, Горбачёв был замешан в этом, и отдал устный приказ о проведении Путча, но удалился что бы избежать принятия решений и несения в последующем ответственности за Путч, что могло бы сработать если бы участники Путча фактически не сдали бы его. Вы во время Путча так как он официально был направлен против Горбачёва одним из главных требований выдвигали возвращение Горбачёва. И по сути выступили его союзником. Но скажите, вы ведь в вашей администрации ещё тогда предполагали возможное соучастие Горбачёва с членами ГКЧП?

Соколов: Да предполагал, и более того знал. Я знал что я Горбачёву ужасно невыгоден, что моя политика идёт в разрез с его политикой, и что он хочет убрать меня. Я знал что он готовит нечто подобное и я получал сведения об этом. Единственное чего мы не знали так это то когда они начнут. Увы Горбачёв после событий в Тбилисси, в Баку и в Оше, ранее отдававший устные приказы, на этот раз переплюнул самого себя. Изоляция, и домашний арест в Соснах, не к чему даже прикопаться. Устное одобрение и уход от ответственности. Фактически самопереворот так как после того как он бы разобрался со всеми он бы вернулся целым и невредимым, и полагаясь уже на ресурс верной ему партии, он бы осудил такие действия и снял бы с постов тех кто ему помог. Это была его излюбленная практика, проверенная временем. Я не доверял ему после возвращения в Москву, я в разговоре чувствовал что он буквально врет мне. Так что я приказал следственной группе Степанкова рыть носом землю что бы я знал кто именно. Сначала Крючков продал шефа, а потом и Павлов. Запели как соловьи боясь за свою шкуру. Итог известен через год после путча Горбачёв был посажен в тюрьму за соучастие. Кроме того путч ГКЧП был прецедентом, такого в мировой истории не было что бы глава государства устраивал самопереворот для своих целей. Это помогло нам создать более эффективную конституцию которая теперь будет предотвращать подобное в будущем. Путин ведь не смог осуществить подобный переворот хотя хотел на чём крупно прогорел после известного скандала в который я оказался втянут по уши надо сказать.

Познер: Говоря о Горбачёве, недавно всего полтора года назад новый Президент России Михаил Прохоров помиловал его даровав ему амнистию. Хотелось бы узнать, какое ваше отношение к данному решению Прохорова?

Соколов: На мой взгляд этого Пятнистого выродка стоило бы сгноить в тюрьме до конца его дней. Но я больше не президент, так что, не мне решать, это решает сейчас новый президент. То что я не согласен это моё личное уже дело, как никак не забывайте, я уже даже не политик. Влияния я не имею так что, пусть решает сам. Более того он в конце концов один из самых успешных бизнесменов России, и главное он взрослый человек, а теперь и глава самой большой страны мира с ядерным оружием и мощнейшей в Европе армией. Так что не мне уже судить его за его решения, пусть поступает как знает, для суда есть статьи в конституции и есть Парламент, а я уже не нахожусь в том болоте.

Познер: И последний вопрос относительно Горбачёва. Из ваших воспоминаний, и воспоминаний людей работавших и с вами и с Горбачёвым, известно что вы питали к друг другу неприязнь можно сказать даже ненависть. Вы подробно описывали данные причины у себя в книге, с позиций тогдашнего времени и тогдашнего мышления и в последующем при вашей эволюции, и эволюции ваших взглядов во время Перестройки. При этом Горбачёв считал вас врагом, и отправил против вас Внутренние войска МВД СССР, и штурмовал здание в котором по мимо вас находилась и ваша семья. А до этого вас беспощадно травили после вашей знаменитой речи на сессии Верховного совета СССР избранного ещё при Черненко, и во время выборов против вас использовались грязные трюки и травля, объектом которой была и ваша семья. Скажите, как человек, вы за столько лет что прошло, пока Горбачёв отсиживал свой срок в тюрьме, смогли его простить?

Соколов: Нет. Я не могу этого что вы перечислили и много чего другого что я не хочу даже вспоминать, я не могу просто этого простить. Встретившись с Горбачёвым, если такая встреча состоится я не подам ему руки, я просто не могу этого сделать. Моя семья через многое прошла в Перестройку. На меня покушались, во время покушения была ранена моя жена. Дети испытывали на себе травлю. Да и я подвергался нападкам. И не только я, вся страна. Я гражданин Советского союза, я давал клятву той стране защищать её и из-за него моя клятва оказалась пустым звуком. Я советский человек, и для меня развал СССР, является гибелью Родины которой я отдал всю свою жизнь, которую я любил. Для любого нормального человека гибель Родины всегда личная катастрофа, и для меня это было катастрофой. В тот день когда спускали красный флаг с кремля, я смотрел это по телевидению, и рыдал. Потому что гибла идея, эпоха, моя Родина которой я когда-то давал присягу молодым 18-ти летним мальчишкой вступая в армию, за полгода до того как я в Венгрии узнал что такое смерть. Я воевал за свою страну, я служил ей. И из-за Горбачёва и остальных из Коммунистической Партии, эта страна и распалась, они загубили страну чьим скелетом они были. И для меня ненависть к Горбачёву связи с этим не ограничивается нападками в личном плане которые они позаимвствовали у моих старых друзей Хунвэйбинов, с которыми я имел несчастье встретиться на своем жизненном пути. Для меня он глубоко отвратителен как человек, и как политик. И я его не прощу даже если ад замерзнет.
Познер: Говоря о событиях семилетней давности, ныне именуемых Путингейтом, до этих событий Путин считался вашим приемником, и более того во время выборов 2002 года вы активно продвигали его. Вы уже много говорили об этом, и отвечали на более жесткие вопросы. Но всё же хотелось бы услышать от вас, когда у вас с ним случилась размолвка, а именно вы тогда были лидером своей партии, от которой он был выдвинут в Президенты и именно ваша партия Прогрессивный фронт активно выступила за импичмент Путина в конце 2009 года. Когда вы стали врагами?

Соколов: Недомолвки с вашим почти полным тёзкой, господином Путиным начались с начала его президентского срока в 2002 году, а именно Ирак. Он не только считал что нельзя отправлять наших солдат на помощь США, но даже больше считал что нужно выступить против операции США там. Напомню тогда был такой курс у Франции и у Германии, так как они не верили в причастность Саддама Хуссейна к терактам 11 сентября 2001 года, и не верили в то что у него есть оружие массового поражения. Есть то о чём мало кто говорит, когда обсуждается Иракский вопрос в нашей истории. А именно что при мне да и после, на нашем политическом Олимпе существовало две партии. Первая партия была за нормальные отношения с западом, за союзнические отношения, или по крайней мере если таковы будут невозможны за отношения на правах партнёров по мировой политике общепланетарной безопасности. Вторая партия, была партией которая стояла на антизападных позициях. Считала что нам необходимо не просто не поддерживать США и НАТО с Европой во многих вопросах, а открыто выступать против, а некоторые особенно радикальные кричали что надо поддерживать тех против кого они воюют. Примечательно что Александр Руцкой, глава коммунистической партии России, и видный оппозиционер, которого я уважаю как человека и военного, так же был против поддержки США и говорил о том что нам надо проявить солидарность с Францией и Германией, а Жириновский вообще считал что надо нам помочь Ираку оружием. И именно Руцкой был главным соперником Путина на тех выборах когда я был занят Туркменским кризисом, который кончился восьмидневной войной. Кстати Ниязова считали до того как он объявил себя Шахом в Коммунистической партии творческим марксистом-ленинистом который развивал Коммунизм с Туркменской спецификой, что было полным бредом. Но вернёмся к вопросу. Смешно то что Путин после выборов вдруг стал поддерживать то что предлагал Руцкой, что я называл минимумом. А именно выступить против Иракской войны, что было опасно для общей политики государства, как внутренней так и внешней. Я положил много трудов на то что бы подписать основопологающие договоры с США, НАТО, и ЕС, кстати моя администрация была первой которая вела дела с ЕС в формате переговоров и отношений между двумя государствами а не с каждой Европейской страной по отдельности. Это всё могло пойти к чёрту из-за выбранного вектора политики новой администрации. Так вот Путин лично не смотря на всё что он говорил был человеком старой закалки которого натаскивали на войну с США, и на самом деле он видел в Америке угрозу. Ему вторили его советники, что было очень опасным. Именно тогда в самые первые недели у нас и произошла первая размолвка.

Познер: Учитывая вашу позицию по Ираку, и то с каким рвением вы продвигали это через вашу партию, как всё же вы смогли тогда обойти Путина при том что вы ранее создали конституцию которая давала Президенту особые полномочия?

Соколов: Как вы и сказали я имел лояльную партию, а благодаря реформам и грамотной избирательной кампании ранее мы получили большинство в двух палатах парламента, в Сенате, и в Собрании. После реформы конституции в 1998 году которая случилась из-за давления коммунистов, мы пошли на существенный компромисс, а именно система парламентских выборов стала пропорциональная. А значит я как глава партии мог подбирать кадры. Все депутаты были люди с иным взглядом на политику чем Путин и подавляющее число его советников, а я был главой партии. То есть фактически наша партия была после выборов 2002 года фактически диктовать администрации что ей делать. Этим мы и воспользовались.

Познер: Многие считают вашу позицию по Ираку ошибочной как и Иракскую резолюцию. И эта война вызвала гигантскую бурю общественного недовольства. Этим вопросом интересуются зрители больше всего, какие же истинные причины участия России в этой чужой войне?

Соколов: Экономические, и политические. В 90-е мы сделали заявку на то что бы по сути войти в первый мир, в западный мир, а на моё глубокое мнение Россия является частью западного мира, так как наша культура и наши устои более приближены к западным. Даже коммунисты которые любят облизывать тезис что мы часть Азии, и приводят цитаты и Гитлера и даже американского генерала Паттона о том что мы азиаты, забывают что отец коммунизма как идеологии Карл Маркс родом из Германии, и сам коммунизм и его производные доктринальные догмы как Марксизм, так и Марксизм-Ленинизм, так и Троцкизм, и даже Сталинизм в общем и целом основаны на идеологии и учении именно западного мира, и сам коммунизм такое же порождение именно западной цивилизации как и капитализм в классическом понимании. Многочисленные причины привели к тому что Россия утратила статус Западной державы, и началось это ещё до Большевиков, ещё при царе, а именно при Николае Первом. Но не суть. Возвращаясь к вопросу, я считал во первых надо окончательно принять западную модель поведения, и ценностей, и активно политически налаживать связи с западным миром, не только экономические, и политические, но и военные связи, что бы сплотить нас и их, сделать Россию если не полноценным членом НАТО, или ЕС как некоторые сейчас это говорят, а именно частью западного мира. Со своим путём к этому направлению, со своими интересами в мировой политике, и со своей национальной спецификой. Что бы запад признал нас своей неотъемлемой частью, союзником и признал в нас вновь равноправного члена западной цивилизации. Экономические причины более просты, нефть. Мы имели контракты в Ираке на развитие месторождений. И если бы мы выступили против войны там как предлагал Путин то США и Британия всё равно бы вторглись, и новые хозяева положения за нашу политику в отношении Иракского вопроса отодвинули бы нас, и вообще бы выперли от туда. И мы бы потеряли даже больше чем от самовольства Ниязова ранее. Убытки не приносят стране ничего кроме дефицита бюджета и застоя развития корпораций. Были и другие причины. Как например проблема кредитов. Хоть за моё политическое решение вывести войска из Восточной Европы в начале 90-х после развала СССР, и за ядерное разоружение, я получил не только прощение долгов СССР, но и льготные кредиты, не облагаемые долговыми обязательствами, в чём заслуга несомненная именно Джорджа Буша-старшего, так как эти деньги мы отправили на реформы, и их было много, я решил что нужно ещё больше, и так как львиная часть долгов СССР была списана, мы начали набирать их. Мы получали кредиты, и траншы, и вкладывали их в реформы, и в экономику. И к 2002 году у нас государственный долг вырос, и мы имели огромные долговые обязательства перед США и Британией. Если бы мы пошли против них, нам бы их уже не списывали, что привело бы к проблемам. Потому я принял жесткое решение и фактически заставил Путина стать прозападным политиком.

Познер: То есть наши солдаты воевали там за наши интересы?

Соколов: Естественно. Я бы не посылал своих солдат на войну если бы эта война не отстаивала наши национальные интересы.

Познер: Возвращаясь к вопросу о Путине, скажите когда вы почувствовали от него угрозу?

Соколов: Думаю после побега Литвиненко. Я сразу понял что то что у этого предателя оказались документы которые у него не должны были быть явно признак того что проводиться секретная операция. Но то что было обнародовано, и что люди Путина допустили утечку секретных на тот момент сведений, которые были собственно направлены против меня, и моего окружения в партии и в правительстве, меня очень разозлило. Ставить под угрозу жизни людей целых резидентур, и прочего ради того что бы обезопасить свою власть. Я на такое никогда не шёл, хотя мог, ещё в перестройку со своими знаниями и прочим. Я в тот момент сумел грамотно подготовить свою защиту, и сумел отбить выпады, как со стороны суда, так и со стороны администрации. И я вернулся в политику, лишь посадив пятно на ворот пиджака, которое никто не видел.

Познер: То есть именно это вас заставило после начала скандала активно выступать за импичмент президента?

Соколов: Да, именно это.

Познер: Многие обвиняют вас в том что именно вы спровоцировали скандал, для того что бы убрать Путина, а ранее лояльного ему Вице-президента Медведева. Не были ли вы причастны к скандалу?

Соколов: Я встречал данную точку зрения, увы должен их разочаровать, я не настолько всемогущ, как вам кажусь. Я не провоцировал скандал, Путин и его люди сами виноваты в этом. Я лишь как всегда воспользовался ситуацией и ударил со всей силы, которую имел тогда, в парламенте.

Познер: И последний вопрос по теме ваших отношений с президентом Путиным, считаете ли вы его выдвижение с вашей стороны на пост Президента России ошибочным? Или же всё же как в случае с Гайдаром, Старовойтовой, и Рыжовым, чисто из профессиональных причин не считаете?

Соколов: На счёт Путина, и Немцова с Мироновым ответ однозначен, их выдвижение было моей ошибкой которую я открыто признаю и от которой не отказываюсь. Путин показал всем что может быть в нашей стране если не будет существовать работающей конституции. Примечательно что именно наша партия первая высказалась за импичмент из-за его действий. Его правление было полезно в том ключе что он и скандал Путингейт стал и будет предостережением для любого следующего президента России кто вздумает пользоваться своими полномочиями для своих личных целей. Но да, я совершил ошибку выдвинув и продвинув именно его.
Познер: Возвращаясь к теме Иракской войны в которой наша страна участвовала тогда и сейчас. Вы упоминали о том что Франция и Германия не верили что Саддам Хуссейн поддерживает Аль-Каиду, и не верили в то что у него есть Ядерное оружие. На этот счёт говорил тогда и влиятельный член оппозиции вашему правительству Евгений Примаков в своё время входивший в Президентский совет при Михаиле Горбачёве и один из героев сопротивления Путчу ГКЧП, а в то время кандидат в Вице-президенты в паре с Александром Руцким, что у Саддама нет ядерного оружия и он не поддерживал Аль-Каиду. Но вы тогда поддерживали позицию США, связи с чем у меня есть вопрос.

Соколов: Постараюсь ответить развернуто.

Познер: Вам ведь известно что Ядерное оружие не было найдено в Ираке, и что Саддам Хуссейн не поддерживал на самом деле Аль-Каиду и Усаму Бин-Ладена? Но почему тогда вы в то время поддерживали Джорджа Буша-младшего и его мнение на этот счёт?

Соколов: Вопрос очень сложный. И должен заметить что у Саддама было оружие массового поражения, но не ядерное, а химическое, мы во время войны там нашли достаточно складов с нервно-паралитическим газом который он применял во время войны против Ирана в 80-х годах, и против Курдов в своей стране. И запасы его были очень велики, как и аналогичные запасы в Албании оставшиеся ей в наследство от режима Энвера Ходжи. И это было серьёзной угрозой. Относительно же ядерного оружия, напомню так же что информация об этом была отрывочна, крайне я бы сказал. Саддам имел отношения с нами, но не доверял лично мне, потому нашей разведке хоть было и проще чем американцам с британцами разорвавшие ранее все дипломатические отношения с Ираком, но было так же трудно точно узнать о том есть ли там оружие или его нет. Мы точно знали о запасах Химического и биологического оружия. Ранее Хуссейн уже старался создать свою ядерную программу, результат вам известен, Израиль попросту разбомбил их реактор, и вернул их ядерную программу в каменный век. Информация о том что он закупает уран в Южной Африке пришла от Британских союзниках, и данная информация подтверждалась нашими источниками, как после выяснилось сделка не состоялась но тем не менее Саддам Хуссейн создавал впечатление что у него есть оружие. Это было частью его культа личности, образа сверхчеловека, и он по сути напускал пыль в глаза всем даже иностранным разведкам что он имеет уже ядерное оружие, и применит его, пытался напугать этим весь мир. Так что главная вина того что Ирак пережил эту войну не на плечах американцев и моих как говорят наши ура-патриоты, а именно на плечах Саддама Хуссейна который своим очковтирательством напугал таки великие державы которые решили что им не нужен ядерный Гитлер. Это перекликается с ранней частью нашего с вами интервью относительно моего мнения насчёт ядерного оружия, и я уже говорил что я против того что бы Ядерный клуб пополнялся новыми членами, потому что чем беднее страна тем выше опасность возникновения личной диктатуры, а диктаторы как свойственно могут решить что они непобедимы, и могут применить это оружие. Кроме того даже если режим в таких странах стабилен, всё равно подобное рождает существенный дисбаланс в мировой политике. И потому я считал что необходимо перестраховаться. Но это привело к самой долгой войне в нашей отечественной истории.

Познер: То есть вы признаёте что это была ошибка?

Соколов: Нет, наше решение об участии вместе с Америкой и Западным миром в этой войне ни в коем случае не ошибка. Ошибки были совершены временной администрацией в Ираке, а именно нашими западными партнёрами, и очень серьёзные, что собственно и привело к этой долгой войне, и к тому что появилось ИГИЛ. Но сама наша миссия там в Ираке, и то что мы там воюем ни в коем случае не ошибка.

Познер: Но вы признаёте что большая часть того в чём обвиняли Саддама Хуссейна было неправдой? Особенно в вопросе его поддержки Аль-Каиды, и Ядерного оружия?

Соколов: Да, как я говорил такое мнение сложилось из-за крайне отрывочных сведений, во многом из-за того что там не было по сути нормально работающей разведки, и разведывательных сетей, были различные информаторы разного уровня в правительстве Саддама Хуссейна, и все сообщали противоречащие друг другу и обрывистые сведения. Один из информаторов говорил о планах Саддама по возрождению ядерного проекта.

Познер: Вы говорите о Магеллане?

Соколов: Подробностей раскрывать не буду, тем более что информатор под кодовым именем Магеллан впервые появился на страницах американской жёлтой прессы, и там были намёки что долгое время он работал на нашу разведку ещё со времён КГБ так как наша страна не считала Саддама Хуссейна надёжным союзником. Факт в том что у нас были информаторы и каждый имел свой уровень допуска к Саддаму Хуссейну, и его семье. Так что мы не получали достоверную на 100% информацию, и даже аналитики ломали голову и давали нам приблизительные оценки вероятности того есть ли у Саддама Хуссейна ядерное оружие или нет, или разрабатывает ли он его, или нет. Спецгруппы наши и американские известные в жёлтой прессе как Охотники за ОМП нашли лишь Химическое оружие, и несколько лабораторий по производству боевых штаммов таких вирусов как Сибирская Язва, Оспа, и Эбола. И на самом деле угроза применения химического оружия как оружия террора не менее реальна чем возможный ядерный террористический акт. Всем известен случай когда Албанские исламисты попытались ввести в США через Американо-Канадскую границу 17 контейнеров с химическим оружием китайского производства которое Албания получила в подарок от Мао Цзедуна во времена Энвера Ходжи, и по правде говоря Америке попросту повезло что её пограничники заметили это, и сумели предотвратить попадание этого оружия на свою территорию, что по сути предотвратило не менее страшный чем теракт 11 сентября. Так что я не считаю что это было нашей ошибкой. Сейчас в Ираке свирепствует ИГИЛ, если бы хоть одно хранилище с нервно-паралитическим газом попало бы в их руки, представьте что бы случилось? Нас бы ожидал страшный разгул терроризма, и люди бы гибли тысячами.

Познер: Но ранее вы говорили что ИГИЛ и последующие события произошли именно из-за ошибок которые допустили уже после вторжения туда. Не кажется ли вам что было бы лучше если бы Саддам Хуссейн остался бы у власти в Ираке? Или вернее что ИГИЛ бы сейчас не было если бы международная коалиция не свергла бы его?

Соколов: Это бы по любому возникло. Уже были прецеденты в Ираке. После войны в Персидском заливе в 1991 году, случилось Шиитское восстание. Саддам Хуссейн был Суннитом, и вообще в Ираке преобладают Шииты, а Сунниты меньшинство. После той войны экономика Ирака была разрушена что только подстёгивало людей к вступлению в различные нелегальные группировки. Например Армия Махди во главе с Шиитским Иракским лидером Муктаадом Ас-Садром, по вашему данное вооруженное формирование которое смогло поднять Шиитский мятеж в 2004 году, и захватить крупные города в Ираке возникло на пустом месте? И другие отряды? Нет. Всё вело к этому. Саддам удерживал власть применяя насилия а страна усиленными темпами сваливалась в пропасть. Ещё один удар, и случилось бы более крупное восстание, и 2004 год нам это показал, как и 2008-й. Не забывайте что Армию Махди поддерживал Иран. Так что если бы не наше превентивное вмешательство, взамен самой долгой войны в военной истории России, мы бы получили долговременную гражданскую войну где обе стороны конфликта получили бы оружие массового поражения, и самое страшное через них получили бы фанатики из ИГИЛ или подобной ИГИЛ организации. Мне всё равно что наши пацифисты считают об этом, и говорят, главное что мы предотвратили гибель возможно миллионы людей в Европе и возможно даже в нашей стране, ведь не стоит забывать что Аль-Каида финансировала по мимо всех прочих и Джохара Дудаева. Что бы они говорили если бы Аль-Каида скажем уже после начала Гражданской войны в Ираке где нибудь в 2008 году заполучив химическое оружие в качестве акта возмездия за Чеченских правоверных, устроила бы взрыв бомбы с 10 литрами нервно-паралитического газа где нибудь в Московском метро в час пик? Так что нет, я не считаю что наши солдаты воевали на чужой войне, и не считаю что они сражаясь плечом к плечу с нашими Американскими и Европейскими союзниками погибали зря. Наша страна первая испытала на себе международный терроризм в 90-е, и мы как страна которая это пережила не могли оставить в беде тех кто нам помог в 90-е справиться с кризисами реформ. Американцы привыкли платить по счётам. И я считаю этому мы должны у них научиться. И я тогда считал и сейчас считаю что вторжение в Ирак было необходимо, как и участие наших военных в той войне исключительно в рамках общей нашей с США политики общепланетарной безопасности и безопасности граждан всей планеты.


Познер: Наше интервью подходит к концу, потому я бы хотел задать очень важный, и интересующий меня и многих людей в нашей стране и во всём мире вопрос. Зная о ваших убеждениях, всё же хотелось бы услышать ответ на него. Представ после смерти перед Богом, что вы ему ответите?

Соколов: Я отвечу что я был прав. И что он не может меня судить уже только по тому что согласно толкованиям священнослужителей и верующих людей к которым относятся мой сын Юрий и моя жена Маргарита, всё что происходит в мире часть его плана, и ничего не происходит без его ведома. Если я совершил какие-то преступления, и злодейства, то я виноват перед ним в той же степени в которой виноват Гитлер, Иди Амин, и Пол Пот, собственно никак не виноват, так как он допустил их существование, существование истинного зла, во имя его же плана. Они как и я являлись оружием его воли, оружием его плана. И я не могу быть им осуждён за свои действия, так же как автомат в руках фанатиков выполнявших безумные приказы тех кого я только что перечислил. И скажу что я считал свой курс и считаю его правильным, и я был прав делая всё то что я сделал. Вот что я бы сказал ему и скажу если я таки предстану перед ним.

Познер: Благодарю вас Валерий Анатольевич за вашу откровенность, мне было приятно сегодня пообщаться с личностью такого масштаба.

Соколов: Взаимно Владимир Владимирович.

Познер: С нами в гостях был первый Президент России Валерий Анатольевич Соколов, любезно согласившийся на это эксклюзивное интервью нашей программе.

Рейтинги

Рейтинг данного интервью побило рейтинги остальных интервью программы "Познер", и по сути стало вершиной телевизионной карьеры Владимира Познера так как интервью с Соколовым посмотрело огромное количество людей не только в России но и на Постсоветском пространстве и даже в США. Во многом это было обусловлено неоднозначностью личности Первого Президента России, и опытного политика Валерия Соколова, чья личность вызвала бурный интерес у различного рода публики. От данного интервью которое было широко разрекламировано ранее на Первом канале, некоторые ждали покаяния Соколова, некоторые признание его ошибок, некоторые попытки обелить себя за участие в сомнительных политических решениях. Однако результат превзошёл все ожидания различных комментаторов и журналистов.

Как ранее упоминалось Соколов как личность был крайне неоднозначным и за свою политическую карьеру делал противоречивые решения, и заявления которые не давали возможности понять кто же он был, и какие были его мотивы и убеждения. Ответы Соколова на данном интервью, при том что на данной телепрограмме излюбленным методом является резкие показы крупным планом лица человека у которого берут Интервью, и неожиданные ракурсы которые могут позволить зрителям увидеть эмоциональную реакцию, показали всем что он искренне верит в то что говорит, и вызвали бурю негодования со стороны некоторых кругов, и аналогичную и даже большую волну восхищения с другой.

По сей день запись интервью на официальном канале Первого канала на Ютьюбе имеет наибольшее количество просмотров, равно как и интервью Соколова Дейли Шоу, за пять лет до этого интервью. Примечательно что не до не после него, рейтинг телепрограммы Познер больше не поднимался на такой уровень.

Критика

При этом различные комментаторы и журналисты с психологами отмечают что Познер в свойственной ему манере вел интервью по классической формуле, и как всегда был спокоен и расслаблен, в то время как Соколов отчётливо показывал всем видом что он ведёт не просто интервью а дуэль или по крайней мере находиться на дебатах с соперникам, что как опять таки отмечают психологи является формой психологического поведения Соколова который всегда уходит в глухую защиту даже при обычных вопросах, и любую пресс-конференцию и главное интервью воспринимает как вызов на дуэль. Данные журналисты отмечают что на данном интервью вышедший в отставку человек которого несколько раз называли самым влиятельным человеком в мире, по сути не только оправдался за всё свои ошибки признав что ошибки существовали, и он их не отрицает, но и практически возвёл свою личность в абсолют благодаря откровенным ответам на различные вопросы подчас очень эмоциональные ответы, что давало возможность понять когда он искренен. При этом со стороны оппозиции часто можно встретить мнение что интервью было заранее заготовлено и отрепетировано, а Познер получил за это интервью огромные деньги что было частью кампании по обелению личности Первого Президента России.

В частности ответы на вопросы о Чечне, и насчёт Ирака возмутили либеральную общественность, и националистов. Либералов то что Соколов фактически признал что он считает что можно и нужно использовать солдат на любой войне если это выгодно, и если оправдано, перемежая это тем что Соколов так и не ответил на главный вопрос почему Россия вторглась в Ирак вместе с США. Националистов возмутило то что Соколов сказал что Россия обязана была участвовать в войне против Саддама Хуссейна совместно с США только потому что Россия часть западного мира, и что Соколов якобы открыто признал что Русские солдаты воевали за интересы америки. Кроме того националистические круги возмутили ответы Соколова насчёт царской России, и насчёт антисемитизма. Наибольшую критику Соколов испытал от националистических кругов именно за его мнение насчёт императора Николая Второго, многие представители националистических, и монархических кругов называли Соколова открытым большевиком, а Мария Владимировна заявила что глубоко ненавидит Соколова как человека и политика.

Однако наиболее сильная критика в отношении Соколова была со стороны Православного духовенства и РПЦ, которых крайне возмутил ответ на вопрос что скажет Соколов богу представ перед ним. Крайне эгоистичный ответ о том что Соколов не считает что бог имеет право его судить, как и не имеет право судить Гитлера, Пол Пота, и Иди Амина, самых жестоких диктаторов 20-го столетия, поскольку он их создавал именно с этой целью, как и его собственно с похожей, возмутил верующих людей. Всеволод Чаплин деятель русской православной церкви, подал иск в суд на Соколова, обвинив его в разжигании межрелигиозной вражды, и в оскорблении чувств верующих людей. Иск был отклонён по причине того что оскорбление чувств верующих не считалось уголовно наказуемым преступлением, и по причине того что в словах Соколова не было найдено экстремистских заявлений. Не добившись в суде успеха, Чаплин начал сбор подписей под публичным письмом президенту Прохорова озаглавленным "Об оскорблении чувств верующих" где он пытался убедить нового президента и главное общественное мнение в том что права верующих в последнее время стали откровенно ущемляться, и их чувства откровенно оскорбляют не только обычные неверующие люди, но и деятели культуры, науки, и политические и государственные деятели, при этом приводя в пример Соколова. Письмо было опубликовано, однако вызвало критику опять же со стороны того же Соколова который заявил что России с 1992 года по конституции является Светским государством, где ни одна из официальных религий не имеет приоритета над другой. В поддержку Чаплина выступил патриарх Кирилл, который по мимо всего прочего заявил что поведение Соколова носит провокационный характер когда дело касается религии. В ответ Соколов открыто заявил:
Жаль что не Ленин Владимир Ильич сейчас наш Президент. При нем бы эти крысы молчали в тряпку!
Крайне резкое заявление Соколова вызвало новую бурю со стороны священно служителей. И всё сплюсовалось на скандал вокруг выхода фильма "Матильда" где русский Царь Николай Второй был показан явно не в лучшем свете, в отношении чего Соколов раскритиковал не только депутата Наталью Поклонскую, но и всех кто поддержал её мнение по поводу этого фильма. Кроме этого после суда над Денисом Мурашовым, который был осуждён на 25 лет заключения в колонии строго режима по статье терроризм, за акт поджога Кинотеатра Космос, и начавшейся охоты на представителей организации "Христианское Государство - Святая Русь", которое было внесено в список экстремистских, Соколов выступил с заявлением по поводу того что Православные фанатики начинают превращаться в Исламистов, и что с ними необходимо бороться. Это заявление вызвало осуждение со стороны многих правых политиков, в том числе со стороны Натальи Поклонской, которую Соколов назвал верховной жрицей Секты Царебожников Николая Кровавого. В ответ на это Поклонская позиционирующая себя как верующая православная так же обрушилась с критикой на Соколова, так же припоминая ему его интервью с Познером, и его слова о том что он скажет богу представ перед ним. В частности она заявила что Соколов по факту своей деятельности никогда не являлся русским человеком так как он не приемлет православные нормы морали, что вызвало со стороны бывшего президента крайне агрессивную реакцию, написав статью в газету Ленинградские вести относительно РПЦ и взятого ей курса на клерикализацию общества, где он практически открыто называл людей которые поддерживают Поклонскую и Чаплина малообразованными фанатиками с отклонением в умственном и психологическом развитии. Кроме этого в своей статье Соколов откровенно заявил что православные нормы нравственности не являються с 1917 года определяющими то русский человек тот русский или нет, перечислив многих деятелей духовенства и исторических личностей России бывших по мнению Поклонской людьми с православными нормами нравственности. Статья вызвала бурные споры. В позднем интервью на вопрос о том не желает ли Соколов извиниться за нанесённое публичное оскорбление верующим, он ответил:
Я извинюсь только тогда, когда из моей жопы вылезет медведь! Так что пусть верующие идут нахрен!
Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA , если не указано иное.