ФЭНДОМ


ЗРК ”Амур-М”

Cruiser

Крейсер проекта 70-МР "Дзержинский"

История

В середине 1950-ых ВМФ СССР начал исследование возможности создания зенитно-ракетных комплексов средней дальности, для прикрытия своих первых тяжелых авианосцев. Вступившие в строй в 1954-1956 “Волгоград” (бывший ”Сталинград”) и ”Москва” совершенно очевидно нуждались в лучшем прикрытии от потенциальных возможных атак, чем могли обеспечить 130-миллиметровки новейших эсминцев. Развитие реактивной авиации в 1950-ых ясно говорило о том, что никакие системы управления огнем уже не позволят зенитным пушкам крупного и среднего калибра эффективно бороться с летящими на скоростях 800-1100 км/ч бомбардировщиками и штурмовиками.

Еще в начале 1950-ых, ВМФ проводил опыты с аппаратом 10X Челомея[1]. Эта ракета с пульсирующим воздушно-реактивным двигателем считалась достаточно близкой по летным характеристикам к основной противокорабельной ракете ВМФ США – SSM-N-3 “Seekbat”. В числе прочих экспериментов, в основном направленных на исследование возможности запуска самолетов-снарядов с кораблей, проводились и опыты по перехвату самолетов-снарядов, выпущенных над расположением эскадры. Результаты были неудовлетворительными – небольшая ракета, летящая на скорости около 700 км/ч была слишком сложной мишенью для зениток. Вероятность поражения самолета-снаряда даже плотным зенитным огнем всей эскадры была недостаточно высока, чтобы гарантировать безопасность (особенно в условиях возможного применения ядерного оружия).

Выход был единственным – разрабатывать управляемые зенитные снаряды.

Постановлением руководства страны от 11 января 1955 года, “О разработке управляемых средств защиты военных кораблей от авиации”, были начаты работы над зенитно-ракетными комплексами М-1 (будущая ”Волна”) и М-2 (будущий ”Амур”). По соображениям экономии (несмотря на проитводействие ВМФ), было решено объединить оба комплекса с армейскими зенитными системами С-125 и С-75 соответственно.

Адмирал ВМФ Кузнецов резко протестовал против этого решения, рационально указывая на то, что условия базирования ракет на корабле и на наземной установке достаточно резко различаются. В итоге, 28 августа 1955 года, его требования были учтены в специальном дополнении к постановлению: хотя принципиальный курс на ”навализацию” наземной установки не менялся, ВМФ разрешалось провести адаптацию конструкции ракет для своих целей. Т.е. было решено отказаться от единства по боеприпасам с наземным ЗРК С-75, и ограничиться лишь единством по компонентам.

Работы над комплексом протекали достаточно быстро – особенно в свете происходящего за океаном. В 1955 году американцы ввели в строй первую пару своих ракетных крейсеров ”Бостон” и ”Канберра”, в планах были еще более масштабные модернизации. СССР торопился восстановить паритет в морском ракетном оружии.

В 1956 году была утверждена основная схема проекта. Было решено, по соображениям технической эффективности, отказаться от предлагавшегося изначально вертикального хранения ракет в барабанной пусковой установке. Вычисления наглядно выявили, что из-за широких стабилизаторов ракет С-75, и их сравнительно большой высоты, запихивание ракет даже в самый большой наличный корпус (недостроенные крейсера проекта 68-бис) будет представлять проблему. Боезапас в 10 ракет, который были готовы гарантировать инженеры, флот более чем не устраивал. Поэтому от инженеров потребовали пересмотреть проект. В ходе чрезвычайного совещания персонала ЦКБ-16 и старшего командно-технического состава флота в феврале 1956, было принято решение перейти к горизонтальному хранению ракет в ангарах со сложенным хвостовым оперением на стартовой ступени.

Конструкция

Принципиальная схема хранения ракет на крейсере проекта 70-В в результате выглядела следующим образом: на месте демонтированных кормовых башен и перестроенной кормовой надстройки устанавливался ангар горизонтального хранения и предстартовой подготовки прямоугольной формы длиной порядка 25 м и шириной около 14 м.

Изнутри ангар разделялся на две секции. В первой (обращенной к середине корпуса корабля) располагался отсек хранения ракет. Снаряды B-758М хранились с демонтированным хвостовым оперением в шахматном порядке (чтобы крылья ракет не мешали друг другу) на трехрядных стеллажах по обе стороны отсека. Нижний ряд включал четыре ракеты, средний – три и верхний тоже четыре. Всего в отсеке одновременно размещалось 22 ракеты B-758М. Между двумя рядами стеллажей проходил транспортный коридор, ведущий в следующую секцию.

По боевой тревоге, ракеты извлекались со стеллажей перемещающимся под потолком на рельсах подъемным краном мостового типа, и через специально оставленный в центре проход транспортировались в секцию предстартовой подготовки. Кран устанавливал ракеты на поддерживающие ложементы, смещавшиеся в стороны, после чего группа механиков устанавливала и закрепляла на ускорителях хвостовое оперение. Заправочная система 13ДМ быстро заполняла баки ракет горючим из расположенных на месте погребов кормовой возвышенной башни цистерн. Ввиду высокой токсичности топлива, в отсеке постоянно поддерживалась активная вентиляция и заправка начиналась только после установки плоскостей.

После завершения предстартовых мероприятий, техники покидали ангар (во избежание возможных травм при транспортировке ракеты). Далее ракета, уже снаряженная и с установленными стабилизаторами, подавалась по направляющим через раздвижные противовзрывные двери на установку СМ-63. Подача ракеты выполнялась электрическим буксирным приспособлением, вместе с монтажным ложементом, который, после закрепления ракеты на направляющей ПУ, вдвигался обратно в отсек предстартовой подготовки.

Общий арсенал системы составлял 24 ракеты (22 в отсеке хранения и 2 в отсеке предстартовой подготовки). Управление системой велось с контрольного поста “Разлив”, осуществляющего отслеживание и наведение ракет в небе на дистанции до 48 км.

Ракеты1

Схема размещения в арсенале

Первоначально, для запуска ракет использовалась пусковая СМ-63. Эта установка была приспособлена только для горизонтального перезаряжания и монтировалась на КРЛ/РКР “Дзержинский” и ”Орджоникидзе”. Но уже в 1959 году ЦКБ-56 в инициативном порядке разработало универсальную пусковую установку СМ-65, с балками, адаптированными для стрельбы как ракетами В-756 так и ракетами В-600 от ЗРК С-125. Барабанная установка, заимствованная от ПУ ЗИФ-101 вмещала 16 ракет ближнего радиуса действия и устанавливалась позади ПУ СМ-65, с противоположной стороны от ангара. За счет этого, появилась возможность оснащать крейсера универсальным арсеналом. Комплекс получил обозначение ”Амур-М2”, и устанавливался на легких крейсерах проекта 70-РМ “Адмирал Корнилов” и ”Кронштадт” вместе с постом управления ”Ятаган”.

Развертывание

Наиболее интенсивной модернизации подверглись легкие крейсера “Таллин”, ”Варяг”, ”Архангельск” и ”Владивосток”. Строительство этих кораблей было приостановлено в достаточно ранней степени готовности, и они допускали более капитальную перестройку, чем обычные ”Свердловы”.

На четырех кораблях проекта 73-Р была полностью демонтирована вся артиллерия главного калибра и подкрепления под нее. Дымовые трубы были перестроены так, чтобы освободить максимум места в кормовой оконечности.

Крейсера получили комплексы ”Амур-М2” и новый ”Амур-М3”, расположенные, соответственно, в носовой и кормовой частях корпуса. “Амур-М3” отличался от прототипа удлиненным на 12 метров ангаром хранения ракет. За счет этого, появилась возможность установить в ангаре не 22, а 42 ракеты. С учетом носовой пусковой установки, общий боезапас крейсеров возрос до 64 ракет В-756М и 32 ракет В-601. За характерную форму корпуса, крейсера в ВМФ НАТО получили прозвище ”Russian Albany”.

На крейсерах этой серии монтировали по два поста ”Разлив” и два поста ”Ятаган”, что позволяло задействовать одновременно все пусковые корабля. В качестве дополнительного арсенала, все крейсера проекта 70-Р, 70-РМ и 73-Р получили по 4 пусковые установки ракет П-15. Обсуждался вопрос базирования на крейсерах проекта 73-Р более тяжелых ПКР П-35, но избыток верхнего веса привел к тому, что установка дополнительных радарных постов стала невозможна. Без телеметрического же управления, П-35 не представлялись особо ценным дополнением к арсеналу.

Восьмерка крейсеров проектов 70-Р (2 штуки), 70-РМ (2 штуки) и 73-Р (4 штуки) составили основу сил дальнего ракетного прикрытия советских авианосцев в 1958-1964 годах.

За время службы, комплекс неоднократно подвергался модернизациям и перестройкам. Так, в 1964 году в арсенал всех крейсеров были включены ракеты В-760 с специальной боевой частью мощностью в 25 килотонн. Неоднократно совершенствовалась система управления: в 1974 году на всех введенных в строй кораблях была проведена замена электроники с ламповой на транзисторную, модификация радарных антенн с целью повышения помехостойкости и точности на больших дистанциях.

К концу 1960-ых возможности крейсеров с ЗУР ”Амур-М” уже начали казаться недостаточными, особенно на фоне появления в 1965 году новой сверхзвуковой ПКР ВМФ США ”Виверна”. Основной проблемой была недостаточная дальность действия ракет В-760.

В результате, в 1972 году было принято решение капитально модернизировать четыре крейсера проекта 73-Р, установив на них новые прямоточные ракеты Р-800. Новые снаряды во-первых имели более компактное оперение и не нуждались в долгой предстартовой подготовке, а во-вторых – за счет применения прямоточного двигателя дальность действия возросла до 80 км. На таком расстоянии, радиокомандное наведение с поста ”Разлив” уже не обеспечивало приемлемой точности. Чтобы добиться попадания ракет в цель на максимальной дистанции, ВМФ пришлось разработать дополнительно систему полуактивного наведения на финальном участке траектории. В 1975-1978 годах все четыре крейсера прошли перевооружение на новые аппараты комплекса, получившего название ”Амур-Альфа”

Боевое применение

Крейсерам с ракетами ”Амур-М” впервые довелось принять участие в боевых действиях в 1973 году. Во время мятежа Пиночета в Чили, крейсер “Таллин” выполнял прикрытие от атак с воздуха БДК ”Воронежский Комсомолец”, морская пехота с которого осуществляла эвакуацию советских граждан из Чили. 12 сентября 1973 года, два чилийских штурмовика вторглись в обеспечиваемую крейсером бесполетную область. После двойного предупреждения, оставшегося безответным, крейсер запустил две ракеты В-756 с носовой установки, поразив оба самолета на дистанции 38 км. Инцидент произвел достаточное впечатление – более попыток приблизиться к кораблям ВМФ СССР авиация путчистов не предпринимала.

Второй случай применения ракет ”Амур-М” произошел в марте 1979 года, крейсером “Кронштадт” во время т.н. ”инцидента в Южно-Китайском море”: “случайной” атаки бомбардировщиков КНР на группу советских, американских и британских кораблей, препятствующих приближению китайской морской группировки к побережью Вьетнама. В ходе этого столкновения, группа китайских бомбардировщиков Xian H-8D“ошибочно идентифицировав” советские и американские корабли как вьетнамские фрегаты, выпустили по ним 8 противокорабельных крылатых ракет SY-2F.

Оперирующий совместно с ракетным крейсером CG-14 “Macon[2], советский крейсер принял участие в отражении атаки, выстрелив сначала две дальнобойные, а затем - одну ближнего радиуса ракеты. Из-за сильных помех, производимых как китайскими средствами РЭБ так и интерференцией от более мощных радаров ”Мэкона” только одна ракета B-756 попала в цель. Приближавшаяся к кораблю SY-2F была в итоге сбита RIM-24 “Tartar” с американского крейсера.

В 1980-ых устаревшие ракеты начали постепенно сниматься с вооружения. Сначала из состава флота были выведены крейсера проекта 70-Р и 70-МР, затем, в конце 1980-ых началось постепенное списание ракетных крейсеров 73-Р. При этом, в 1982 году крейсер ”Адмирал Корнилов” был превращен в учебный корабль, а затем – в плавучий музей в Новороссийске.


[1] Советское развитие трофейной Фау-1

[2] Класс ”Albany” – один из 8-и ракетных крейсеров класса ”Albany”, перестроенных ВМФ США в 1957-1964 годах.

Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA , если не указано иное.